Рыбка в солнечной воде

Если хочешь знать, Ритка треплет, что ты его содержишь.

Лера безразлично пожала плечами:

– Все так же в курсе, что на мою зарплату и кошку содержать трудно, не то что Стаса.

– А тебя тоже содержат, причем, помимо мужа… Фигурируют то ли два, то ли три мужика.

– О-о! Муж, куча любовников, просто шикарно!

– Конечно, тем более что шмотки и обувь ты явно не на рынке покупаешь. Не все же знают, что у тебя крутой папашка.

– Он мне не папашка, и тебе-то это хорошо известно. – Лерино терпение все-таки стало подходить к концу.

 – Отлично, Стас – мой любовник, и еще пяток в запасе имеется. На этом и остановимся.

Мика сдула с лица непослушную прядь и прищурилась.

– И что они в тебе находят, Гришина? Ну смазливая, есть фигура, ноги, но я же в сто раз лучше! А они к тебе липнут… Что в тебе такого особенного, а?

Мику развозило на глазах, или она притворилась, чтобы наконец-то высказаться? Нужно было как-то спасать ситуацию, и Лера произнесла трагическим голосом:

– Ладно, делаю окончательное признание! Причем эксклюзивное, только тебе.

Чтобы любой мужик стал моим, мне достаточно… тут звучит барабанная дробь… мне достаточно скорчить рожу! Показываю…

Мика взглянула на нее в зеркало и нехотя улыбнулась. Они на секунду встретились взглядами – и что-то такое произошло, какое-то реле щелкнуло, и все встало на свои места. Поэтому Мика перестала хмуриться, картинно облизала пухлые губы и тряхнула медной гривой – тигрица, в один миг способная превратиться в рыжую кошечку.

– Да ладно уж, это я так, ты и в самом деле у нас девушка хоть куда… – примирительным тоном сказала она.

– Что и говорить, для женщины почти немыслимое признание, а для актрисы вообще подвиг. Ты настоящий друг, – сообщила Лера подругиному отражению. Потом, чуть отступив назад, отставила ногу, выпятила грудь, то есть приняла «торжественную» позу и немного в нос объявила: «Уважаемые зрители! А сейчас перед вами выступят Сара Бернар и ее обезьянка Да-а-арвин»!

И подруги состроили такие физиономии…

В кои-то веки Микаэла Мальцева переиграла Валерию Гришину, потому что Лерина гримаса напоминала всего лишь маску Пьеро, проглотившего здоровенный лимон.

– Сегодня ты у нас мадемуазель Бернар, – честно признала Лера.

– Наконец-то! – искренне обрадовалась Мика. – А то все ты да ты, у меня уже скоро хвост вырастет. Короче, мою победу надо отметить. Пойдем, Дарвин, я угощу тебя бананом. Знаешь, я давно думаю, что, если бы за подобные вещи присуждали «Оскара», он был бы наш.