Египетский сон. Книга 1

Теперь мне стала понятна ненависть Тутмоса, с которой он смотрел на пришельца.

– Богоподобный фараон потерял одного за другим всех своих союзников, стал очень осторожным и озлобленным на землян. Он первый применил гипноз, отправил внутрь Большой Пирамиды воинов, рабов и жрецов для того, чтобы они исследовали её, а сам приказал подмешать им в воду порошок, вызывающий страх и галлюцинации. Из Пирамиды не вернулся никто.

Возмущенное восклицание, похожее на «Ой-йе!», вырвалось у Траэс.

– Да, моя девочка. В те времена подлость и хитрость ценились выше честности и отваги, – и жрец бросил выразительный взгляд на царевича; в ответ Тутмос понимающе наклонил голову.

 – Однако, к счастью, в истории Египта были и другие правители, обладающие силой иноземца, но они смогли направить свои знания и способности в верное русло. Так и река – сначала спокойный ручей течёт в горах, радуя глаз и слух. Потом бурная река низвергается со скал ревущим потоком и, белопенная, несётся дальше. После этого пустыня укрощает её, словно умелый наездник дикую лошадь, и она служит во благо людям, орошая поля феллахов и участки земли, принадлежащие фараонам.

Немногим дано успокоить кипящий гнев войны, очень немногим. Кого-то старались сбросить с престола недруги и завистники, кто-то подавлял бунты в корне, не давая распространиться, а кто-то… Кто-то просто не подавал повода для сплетен.

Тутмос улыбнулся.

– Да, мой мальчик, – проговорил Ратосфен. – Я говорю именно о тебе, не боясь вызвать на мою седую голову гнев великого Осириса и мудрого Тота.

Ты, обладая силой царевича-иноземца, направляешь её не на уничтожение народа, а на восстановление мира во всей стране. Твой народ любит тебя, и никто не осмеливается идти против могущества молодого царевича Тутмоса!.. Однако я увлёкся. Идёмте дальше!

– Позвольте спросить Вас, Мудрейший, – обратилась я к жрецу. – Царь Царей сказал мне, что в моём мире время будет стоять на месте, когда я вернусь домой. Можете ли Вы пояснить это?

– Об этом поговорим немного позже и наедине, – загадочно ответил Ратосфен.

 – А сейчас ты увидишь то, что многое объяснит тебе – и вызовет ещё больше вопросов.

– Я догадалась, о чём Вы говорите, – воскликнула Траэс. – Это Зал Знаний?

– Да. Ты правильно поняла меня.

Оставшийся путь мы прошли в почтительном молчании. Я задумалась. Ратосфен не производил впечатления глубокого старика. Паутина морщин и очень добрые глаза мудрого человека вызывали чувство трепета перед Знанием, которым он обладал.