Египетский сон. Книга 1

Нож ударился о мой щит и не причинил мне вреда. С тех пор я очень ценю Песню Ветра. Она сопровождает меня во всех походах. Лошадь вынослива, легко проходит большие расстояния и хорошо переносит жару… Ну что ж, вот и площадь. Скоро ты сможешь отдохнуть.

– Ваше внимание для меня важнее отдыха, – учтиво ответила я.

– Благодарю.

Шумная городская площадь запомнилась мне южным великолепием рынка. Крики торговцев затихли, когда кавалькада выехала на открытое место. На площади располагалось несколько огромных храмов.

Массивные колонны были украшены большими каменными фигурами. Тутмос остановил своего коня перед одним из них.

– Это Храм Осириса и Изиды, древнейший храм нашего города. Великий Осирис всегда помогает мне и даёт свою поддержку. Я чувствую это и благодарен ему.

– Храм Книги тоже находится на этой площади?

– Нет. Он довольно далеко от города. Завтра мы отправимся туда. Я уже послал гонца к Жрецу. Сам Ратосфен выйдет встречать нас. Это большая честь для тебя.

– Понимаю.

Имя жреца показалось мне знакомым.

– Поехали дальше? – вывел меня из задумчивости голос Тутмоса.

– Да.

– Ты хорошо переносишь жару, – заметил царевич.

– Благодарю. Я люблю Солнце. Здесь непривычно жарко, однако мне это не мешает.

Юноша только улыбнулся. Он тронул своего гнедого жеребца, который то и дело перебирал ногами, и кавалькада поспешила за ним.

Наконец мы оказались на территории дворца молодого царевича. Было такое ощущение, что я попала в оазис. Тутмос с удовольствием наблюдал за моим удивлением.

И действительно, было необычным сочетание раскалённых каменных стен и причудливых роскошных пальм. Их тёмно-зелёные листья очень оживляли большой двор, через который протекал ручей с чистой прозрачной водой.

– Я вижу, тебе нравится здесь? – спросил царевич.

– Да, очень.

Тутмос приказал проводить меня в комнату, где я могла бы отдохнуть. Он сказал, что на закате ждёт меня у входа.

Молодая рабыня провела меня в просторное помещение, где предложила освежиться водой с каплей розового масла, и быстро ушла.

Что ж, теперь можно и оглядеться.

Почти перед дворцом протекал величественный Нил. Мутная вода казалась неподвижной; только лёгкие лодки рыбаков и царственные неторопливые ладьи чиновников скользили по великой реке.

Вскоре от ярких солнечных бликов стало больно глазам, и я перевела взгляд в комнату. От иероглифов, искусно вырезанных на каменных стенах, невозможно было отвести взгляд.