Сабинянские воины

Наконец, он повернул к нам лицо – небольшое, с круглыми карими глазами и длинным востреньким носом. Тошук первым приложил правую руку к груди, слегка наклонил голову и издал несколько глуховатых звуков. Сабинянин ответил тем же жестом и еле уловимым носовым мычанием. Все это длилось несколько секунд, после чего Тошук громко вернулся в мир привычных звуков:

– Друзья, позвольте представить вам Теше – моего старого знакомого.

Теше отреагировал на это мимолетным растягиванием губ, после чего произнес, тщательно выговаривая каждое слово:

– Нам нужно пройти немного вдоль стены вон туда.

 – Он показал кивком. – Там начнется хорошая тропа вниз.

Он практически идеально произносил английские слова – гораздо лучше, чем я – но все же чувствовалось, что они ему чужие. Экскурсанты задвигались, шурша ветками и пытаясь выстроиться вдоль стены в нужном направлении. В этот момент Тошук негромко обратился к Теше на… нашем с ним родном языке:

– Надежно ли заперта наружная дверь? Нет ли опасности, что кто-то перелезет по верху?

К моему изумлению, Теше столь же четко ответил на нашем языке:

– Там все надежно.

Посмотри.

Я не верил своим ушам. Это было так непривычно – услышать родную речь в тысячах километров от дома. Хотя о чем это я? Европа – это одно, а Сабиняния, хоть и окружена Европой со всех сторон, на самом деле – это дверь в иное измерение. Тут ничему нельзя удивляться!..

В этот момент наверху что-то мелькнуло. Я поднял глаза и успел заметить две тени, пробежавшие по крыше стены.

Я вспомнил частокол стрел, защитивший нас от толпы, и всмотрелся повнимательнее. Но больше ничего не увидел. Звуков тоже не было слышно: пятиметровая толща стены, видимо, скрадывала наружный шум. А с нашей стороны был только ласковый шелест ветра в кронах деревьев.

Тем временем Тошук повел нас гуськом вперед. Пейзажа мы пока не видели – только ветки и листья. Сначала, по ощущениям, рельеф был относительно ровным, потом пошел едва заметный уклон вниз. Так мы прошли метров триста.

Постепенно кусты стали редеть; в просветах между ними можно было издали разглядеть заросшие лесом террасы, обращенные в сторону моря. И вдруг заросли разом расступились. Открылась великолепная картина. Слева вдалеке поднимались залесенные горы; наша стена убегала к ним тонкой извилистой змейкой. Впереди лежала поляна, откуда тропа уступами спускалась вниз, в речную долину. Кое-где внизу виднелись луга с пасущимися (видимо) коровами – отсюда трудно было разглядеть.