Обернись!.. Часть вторая

Эльфы оказались значительно старше тех, кого мне довелось увидеть прежде, у всех троих волосы отливали серебром. Они не были истощены, как остальные, без свежих травм, лишь с застарелыми шрамами и неимоверно бледной кожей. И слепы. Полвека в подвале с единственным источником света – полутемным окошком в двери, открывавшимся раз в сутки, когда доставляли еду, принесли свои результаты. Перед выходом Алдариэль, изучивший всю доступную информацию о вампирах, заставил взять с собой плотную черную ткань, чтобы завязать эльфам глаза, солнечный свет оказался бы фатальным для них.

Глаза они послушно завязали, но в то, что зрение когда-нибудь восстановится, не верили, даже несчастный сумеречный свет окошка для них угас годы назад.

Новыми пациентами лазарета занялись Эмрис с Орлишкой, нас же ждал прямой эфир с Прощальной площади. Влезать в платье не хотелось до слез, было невообразимо страшно снова увидеть ненависть в глазах Алдариэля. Однако, смотрел он удивленно, непонимающе, но без малейшего негатива, несколько раз порывался что-то спросить и обрывал себя на полуслове.

Камера пробежалась по клеткам, поплыла к помосту и застопорилась на группе молодых людей с плакатами и транспарантами. Похоже, «Общество спасения эльфов» решило-таки прославиться. «Эльф тоже человек, имеет право выбрать наказание», «Мы за честную очередь», «Долой лотерею, порядок милее», «Возьму эльфа напрокат», «Требуем скидок и распродажи», из общего ряда выбивался только один загадочный лозунг: «Папик, ты жмот! Не купишь, будешь урод» девица, державшая его, показалась смутно знакомой.

– Это что за недоумки? Кто-нибудь в курсе.

– Это, Дар, не недоумки. Это спасители или спасатели, не помню точно, – Фаарр в двух словах пересказал то, что мы знали от Са-Биры. – Видишь, о твоем народе пекутся, за права ратуют, а ты их недоумками… Совести у тебя нет. А какой мандрагоры с этими спасителями императорская дочурка ошивается? От этой шлендры ничего хорошего не жди.

И где ее надсмотрщики? Где, вообще, доблестная охрана порядка? Ага, прибыли.

Перед объективом мелькнуло что-то серое и картинка с экрана пропала. Возобновилась трансляция через четверть часа. Транспаранты исчезли, а слегка перекошенный Теримитц, горестно вздыхая, принес извинения, что по техническим причинам, в смысле, по состоянию здоровья, не сможет приступить к выполнению своих обязанностей еще не менее недели.