Проклятие Каменного острова. Книга 3. Звездный ключ

– А ведь когда-то я мечтал попасть в отряд астронавтов, – майор глубоко вздохнул и пошарил по карманам в поисках любимой записной книжки, которую Мона как-то подарила ему на день рождения. Изящное эльфийское изделие имело две необычные особенности: во-первых, прочитать написанное мог только сам Юджин, а во-вторых, странички в книжке никогда не заканчивались. Кроу в шутку называл ее своим карманным компьютером.

– Твоя помощь, Джас, в этом звездном мире нам очень пригодилась бы.

– В моих надежных руках все это космическое хозяйство быстро превратится в хлам! Ты же знаешь, в каких я сложных отношениях с … технологиями, – Хартли расстроено махнул рукой.

 – И вообще, не травите мне душу, и так тошно! Этот любитель растений сам по себе не вызывает никакого доверия, так вокруг него еще и творится невесть что.

– Ботаник не так плох, как кажется. Если его решительный настрой продержится достаточно долго, у нас есть шанс успешно завершить миссию.

– Очень призрачный шанс. Надеюсь, ты хорошо разбираешься в том, о чем он без конца толкует, потому что я не понял ни слова.

– Я тебе потом все объясню, – Юджин быстро нацарапал в книжке несколько слов и посмотрел на капитана. – Кто-то должен сказать ему…

– Сам скажу! – пробурчал Джастин, с острой неприязнью глядя на молодого человека, рука которого легко и уверенно порхала над листом пергамента.

Несмотря на серьезность ситуации, Кроу с трудом сдержал смешок.

– Нам нужен какой-то план действий, а из Ботаника всю информацию приходится тянуть клещами.

Придется устроить ему еще один допрос с пристрастием, и мне понадобится помощь миледи.

– Ну вот, пожалуйста, – усмехнулся архивариус, – на ловца и зверь бежит, как любит повторять друг Роан.

На лужайке перед домом появилась волшебница, и Джастин поспешил ей навстречу. Для всех присутствующих их нежные отношения давно стали привычными, но Себастьян с замиранием сердца следил за тем, как суровый капитан трепетно целует руки Светлой госпожи, а она в ответ касается губами его склоненной головы.

Джастин не стеснялся проявлять свои чувства к любимой женщине, это подкупало и одновременно беспокоило Себастьяна. Он никогда не наблюдал ничего подобного между матерью и отцом. Его память с детства хранила только презрительные взгляды, резкие слова, бесконечную критику и издевательский смех. А вдруг он похож на своего отца гораздо больше, чем думает? Эта мысль вызвала озноб у молодого ученого.