Флорин

Он прыскал от удовольствия и с самого приветствия Грантов отпускал шуточки, а графиня Кларисса Ормонд снисходительно посматривала на него, улыбаясь краешками губ, словно, хоть она и привыкла к его поведению в обществе, но это не доставляло ей ровным счетом ни какого удовольствия, но и отвращения тоже не вызывало. На ней было надето элегантное, черного цвета платье от Шанель, подчеркивающее тонкую фигуру, изящные туфли на невысоком каблуке. В ушах переливались крупные бриллиантовые серьги. Александра только тогда смогла разглядеть ее лицо.

Удивительно, сколько сходства у Мартина с матерью. Он унаследовал темно-синие глаза Клариссы, тяжелые волосы темного цвета, правильные черты лица. В жестах графини сосредоточилось столько элегантности и манер, скольким Александре наверняка не научиться до конца жизни. Держалась Кларисса непринужденно, на ее лице застыло томное выражение. Все, что она делала, даже когда просто здоровалась, получалось словно в замедленной съемке. Лорен на ее фоне казалась напряженной и неуклюжей, хотя изо всех сил старалась этого не показывать. Граф Ормонд, громко обсуждая текущие дела в Парламенте, увел Эдварда к бару, его лицо стало похоже на растопленную печь, освещенную редкими языками пламени в виде рыжеватых волос. Эдвард несколько раз чихнул и, звучно высморкавшись, отпустил ругательства в адрес своей аллергии.

– Благодарю вас за то, что вы нашли время порадовать нас своим визитом, – сказала графиня и окинула взглядом лицо Александры.

Еще буквально несколько минут назад Александре было все равно, что о ней подумают другие люди, но под устало-нежным взглядом леди, она почему-то смутилась. Кларисса казалась ей гораздо моложе и красивее, чем она думала, увидев ее при их первом знакомстве.

– Удивительно, но музыканты опаздывают, – сказала графиня Ормонд ровным голосом, как будто бы на самом деле это ничего не значило. – Мы пригласили Роберта Дартси.

Это был один из самых знаменитых в мире пианистов.

– Он приятель Томаса и любезно согласился поиграть для нас со своей группой в честь сегодняшнего события, – продолжила графиня.

Александра не понимала, о каком событии идет речь, но не сомневалась, этого нельзя сказать о кивающей Лорен, которая наверняка знала, что происходит.

– Так, пожалуй, часто случается, когда имеешь дело со знаменитостями, – ответила Лорен, – они всего лишь неоправданно набивают себе цену. Говорят же, наглость – второе счастье.