Флорин

Александра была одета в длинное платье нежно лавандового оттенка с закрытой грудью, но слегка приоткрытой спиной, на которой виднелись красивые очертания мышц от постоянных занятий спортом. Платье как всегда для нее купила Лорен. Александра поблагодарила Бернарда и сделала глоток шампанского. Пришло еще несколько людей, теперь в комнате стоял настоящий гвалт. Александра больше не видела Мартина и американки. То ли они покинули вечеринку, то ли спрятались где-то в толпе.

– Вы что-нибудь коллекционируете? – донеслось до нее.

Бернард стоял перед ней прямой, как струна, с тусклым, но самодовольным взглядом.

– Скорее нет, – ответила девушка, понимая, поддерживать разговор с этим человеком выше ее сил. Казалось, она могла даже заплакать от того, насколько разговор с ним был для нее скучен и утомителен.

– Мне всегда казалось, каждый человек что-то коллекционирует. Например, моя мать коллекционирует сервизы, отец трофеи с охоты и оружие, мой брат…Бернард на несколько секунд задумался, как будто сам усомнился в своих словах о том, будто все что-нибудь коллекционирует.

 – Мой брат, как и вы, пожалуй, исключение, не могу припомнить. Хотя, наверное, это женщины. – Он засмеялся, наслаждаясь своим остроумием. – Наверное, он просто никогда не задумывался, что их количество тянет на целую коллекцию.

Александра кивнула и, потянувшись к бокалу, попыталась взглядом отыскать Мартина, но тщетно. Зато ее глаза встретились с глазами его кузена Руперта.

Он стоял, облокотившись на выступ от камина. Его поза выглядела разнузданной. Он смотрел на Александру, попивая виски, и самодовольно улыбался. Александра резко перевела взгляд на Бернарда, совершенно не отреагировав на его колкость по отношению к Мартину. Бернард спокойно ожидал от нее ответа.

– Простите, мистер Ормонд, я сегодня неважно себя чувствую, – оправдалась Александра, – и я по-прежнему не могу вспомнить ничего, что в моем случае можно назвать коллекцией.

Ей хотелось в ответ пошутить, что «возможно, на коллекцию тянуло количество предложенных ей рук и сердец».

– Я могу чем-то помочь? – вымолвил он еще одну заученную светскую фразу, которая не несла в себе прямого смысла и даже малейших атомов энергии.

– Пожалуй, я пойду домой, – сказала Александра, понимая, что больше ничего не заставит ее появиться в этом доме и тем более разговаривать с этим мужчиной.