Глупый маленький мышонок

Он понимал: плоды полученных им травм и навязчивого страха смерти будут собирать сквозь поколения и его потомки, а мины и снаряды будут взрываться и через десятки лет.

Боец Борадзов был невольно заражен склонностью к насилию. Тяжелые травмы напоминали о пережитом ужасе. А враг, которого нужно было срочно ликвидировать, периодически возникал из ниоткуда, в лице жены или детей. Впадая в беспамятство, Павел Константинович хватался за висящее на стене ружье…

Эти неконтролируемые воспоминания, видения, кошмары, вспышки агрессии, отравляли и без того нелегкую жизнь всей семье, где младшим ребенком была моя мать.

С самого раннего детства мама рассказывала мне, о впечатляющей выносливости и жизнестойкости своего отца, и ее рассказы меня потрясали. Павел Константинович помогал своей младшей дочери с уроками и, как всякий заново родившийся, имел “родничок”. Вздутие темени под фуражкой при дыхании Павел Константинович в шутку сравнивал с горловым мешком лягушки. А про шрам на спине от первого ранения он убедительно и по секрету рассказывал своим наивным детям, что имел когда-то хвост…

Когда любимой младшей дочке рядового Борадзова исполнилось семь лет, он, после продолжительной болезни, попрощался с ней и ушел к праотцам.

А место главы семейства в доме заняли бедность и голод, при котором похлебка из муки и воды считалась деликатесом.

Придурок.

В декабре 1996 мама готовила ароматный и, как всегда, наваристый, вкусный борщ с мясом, когда я – ученица второго класса, подошла к ней после урока труда:

– Мам, к следующему уроку нам сказали приготовить с родителями тесто из муки и соли.

– Зачем? – не отрываясь от готовки спросила мама.

– Мы будем лепить бычка, символ нового 1997 года! – торжественно сообщила я маме.

– Ты что придурок? – уставилась на меня мать.

После развода она все чаще использовала это обидное слово. Не самое обидное из лексикона матери и меня она хотя бы не била, как старшую сестру Карину. Да и вообще, моих сестер мама называла еще хуже, когда злилась на них, но и по именам обращалась к ним чаще… Меня же она называла по имени ласково только на людях и при папе.

Значение обидного слова я понимала, но не понимала, чем заслужила такое обращение. Все мои действия и вопросы мама сопровождала гадким словом.

Мучительным было и то, что учителя напротив хвалили мои способности и в математике, и в чтении, и в письме… Хвалили маму за воспитание на собраниях и при случайной встрече.