Обмен

По всей видимости, она специально оставила клиента одного, чтобы он мог максимально проникнуться обстановкой и настроится на нужный лад перед началом сеанса.

Гость, едва слышно хмыкнув, вместо того чтобы присесть, стал скептически осматривать убранство. Большинство вещей фонило бутафорией и кричало о том, что их недавно забрали из дешёвого супермаркета. Однако чем внимательнее Сергей смотрел, тем больше жутких деталей ему открывалось. Мелкие кости какого?то зверька, которых ещё секунду назад не было, появились между дымчатым каменным шаром на подставке и гипсовым черепом в натуральную величину.

Мужчина, не торопясь, перемещался вдоль стен от одного стеллажа к другому. Наполненные бордовой и мутно-зелёной жидкостями колбы, свёрток чёрной ткани, кусочек обычного мела вызывали прилив холодного ужаса, стоило только остановить на них взгляд.

Глиняные горшки с солью, землёй и засохшим мхом, бусины, нанизанные на толстую плетёную нить, уродливая кукла-мотанка без лица, кинжал в узорчатых ножнах, потрёпанная старинная книга с нечитаемым названием на кожаной обложке – всё это оставалось незамеченным, если не сосредотачиваться на осмотре, будто скрытое мороком.

Каждый из проявившихся атрибутов пугал, но манил, притягивал к себе, приглашал потрогать, снять с полки. Больше остальных Сергея привлекла мрачная колода с обшарпанными, грязно?жёлтыми, закруглёнными краями. Нарисованные на карточной рубашке змеи гипнотизировали взгляд, не позволяя оторваться и перевести внимание на что-то другое.

Рептилии свивались в кольца, изгибались, высовывая раздвоенные языки и казались живыми. Мужчине непреодолимо захотелось дотронуться до чешуйчатого хвоста хотя бы кончиками пальцев. Забыв о том, что, переступая порог, он интуитивно зарёкся касаться чего?либо, Сергей непроизвольно протянул руку в сторону полки.

Возле ботинок гостя раздалось шипение, что-то зашуршало. Из ближайшего неосвещённого пламенем угла раздались тихие, но чётко угадывающиеся мерзкие чавкающие звуки. Краем зрения мужчина уловил движение там, где ещё секунду назад ничего не было.

Воображение тут же подбросило образ: зашевелилась сама тьма, лениво и раздражённо отделяясь от пола и стен в направлении незваного наглеца.

Запахло болотной жижей, гарью и сероводородом. Волосы на темечке Сергея встали дыбом, подав пример остальной телесной растительности. Готовые к массовому безвозвратному побегу, они тянули за собой кожу, делая её похожей на гусиную. Сердце учащённо забилось.