Цена желания

– Я же не в крестьянской хате живу, – поморщился Риз, – в замке полно людей, за Диларом кто-нибудь присмотрит.

– И поэтому нужно было себя довести до такого свинского состояния? – поинтересовался Войнич, и укоризненно покачал головой.

– Ру, умерла! – наконец сорвался герцог, выкрикнув то, что он так долго отрицал, – Какая теперь разница?

– Один бьёт, другой дразница, – спокойно парировал Войнич, – Дети, Риз! Ваши дети. Ты считаешь, что им пойдет на пользу, если умрешь и ты?

Дивейн молчал, и хмуро смотрел в пустую чашку.

Командующий достал письмо и протянул ему. Риз забрал и вскрыв быстро прочитал.

– Какой сейчас день?

– Середина лета, – тут же ответил Нарус.

– Ох, – поморщился герцог, – уже больше двух недель прошло.

Он встал, и с трудом удерживая равновесие, пошел к дверному проему.

– Ты куда? – удивился Войнич такой прыти, – Если исполнять приказ, то не стоит так спешить.

– Сам же тут про детей втирал. Надо поговорить с сыном, и, – Риз замялся, но действительность отрицать больше было нельзя, – наконец посмотреть на дочь.

– Дилара забрал дед, – сообщил Нарус, тоже поднимаясь.

– Так даже лучше, – кивнул Риз, и голова тут же закружилась, но он упрямо пошел вперед, придерживаясь за стену. Следом за ним, словно тени, не отставали его подчиненные.

Когда он возник на пороге ЕЁ комнаты, сердце сжалось, вызвав острую боль, а няня испуганно вскрикнула, словно увидела призрак. Но узнав герцога, поклонилась и отошла от кроватки.

Волосы крохи полыхали словно пламя. И как такое чудо могли сделать они? Можно было даже заподозрить измену, вот только, во-первых – в Ру он не сомневался, а во-вторых ребенок имел магическую силу, что само по себе этот факт исключало. Малышка спала, и он не решился её потревожить.

– Хотите подержать? – внезапно предложила няня, откуда-то набравшись смелости.

– Не сегодня, – покачал головой Риз, слабость была настолько сильной, что он и себя-то с трудом держал, – Ей дали имя?

– Да, – закивала женщина, – Тиаят. Правда, красиво?

– Красиво, – согласился Риз, и устало опустился на большую кровать, еще недавно принадлежавшую его жене, – И кто так постарался? Мортре?

– Нет, – помотала головой няня, – Молодой господин назвал.