Путь херувима

Убедившись, что его никто больше не преследует, Николай встал на ноги и осторожно, бесшумно продолжал двигаться дальше. Час спустя он услышал вой, близкий, но еле выдавливавшийся из пасти волка. Он увидел знакомую до боли поляну и эту страшную избу. Затаив дыхание, сразу же лег на землю.

К избе, еле волоча лапами и кривой походкой, плелся волк. Дойдя до порога, он упал на землю и начал жалобно выть. Тусклый свет луны освещал всю опушку. Открылась дверь. Кто-то выбежал из избы и упал на колени рядом с волком. С избы доносился еще чей-то голос.

Николай осторожно отполз в темноту леса и, поднявшись на ноги, рванул куда подальше.

Еще три раза мимо воли возвращался он к этой избе, как будто она заколдованная была. Думал, что вообще из лесу нет больше никакого выхода. Ночью ему являлись призраки, якобы манили его в болото или путали по лесу. На болоте ему казались лешие, будто бы не раз хватали за ноги – пытались утопить. Чувствуя свою погибель, тот стал все время молиться. Но нечистые силы продолжали кружить возле него.

От усталости, бессилия, головокружения Коля упал в бессознание. Проснулся утром на окраине леса возле своей деревни.

– Вот это история, конечно, – воскликнул кто-то из толпы.– Ты так рассказывал, что я почти поверил. А главное с душой.

– Ну, что Колян мне рассказал, то я и вам доложил.

– Да, Коля умеет сочинять, – добавил кто-то.

Недолго еще посидев у беседки, товарищи разошлись по домам, чтобы набраться сил и здоровья перед предстоящей долгожданной охотой.

На следующий день, как и было запланировано, охотники взяли ящик водки и пошли в лес на охоту.

Не прошло и часа, как двое охотников вернулись домой, чтобы взять ружья.

Охота проходила более-менее: мужики в течение половины дня уже успели убить двух зайцев и сороку. Поиск таинственной избы пришлось ненадолго отложить, поскольку внезапно было решено немного выпить «огненной воды» и пожарить на костре убитых зайцев.

Время пролетело, словно молния – стало смеркаться. Зайцы давно уже были доедены, водка была еще в наличии, поиск избы был отложен на неопределенный срок.

– Васек, давай подставляй свою мензурку, – сказал Игорь, распечатывая очередную бутылку водки.

– Мне, пожалуйста, только немного, – еле волоча языком и плавными движениями в пространстве, говорил Вася.

Василию было около тридцати лет, из этой компании он был самым молодым. Парень, конечно же, неплохой, только один у него недостаток – он был на учете в областной больнице для душевно больных людей.