Кайрос

Потому что близкие невозвращенцев уже наверняка обратились к ним с жалобой на то, что пропавшего загипнотизировали, завербовали в секту. Рассудок сломленных несчастьем людей рисует невероятные картины происшествий. В первые дни проводятся самые активные действия по розыску, множатся фотографии пропавшего, составляются портреты и версии, выясняются обстоятельства дела. Считается, что наиболее эффективно можно разыскать того, кто пропал несколько суток назад. А уже далее, со временем… вероятность успеха находки падает согласно статистике на самый низший уровень.

Свидетели всё забывают, ориентиры перестают уже быть необходимыми, количество людей, отведённых на работу с этим делом, пропорционально сокращается. Дело просто зависает. А это всегда убивало моего Стэнли, – старушка невольно улыбнулась, произнеся это имя особо нежно. Но, понимая и то, к чему ведётся весь этот рассказ, она поникла вновь.

– Обессиленный однотипными методами и подходами к поиску людей, он искал всё новые пути и возможности. То, что никогда не применялось на практике, то, о чём он раньше не думал.

Так в нашем доме появилось много литературы. Среди всего прочего это были книги об оккультизме, где для обрядов используются человеческие жертвы, затем фантастика, инопланетяне, похищающие людей. Каждый день он возвращался домой с новой книгой, как обычно о чём-нибудь сверхъестественном. И я знала, что всю предстоящую ночь он проведёт именно с ней, а не со мной, – Аламия покачала головой. – Однажды он пришёл в участок и заявил, что ему пришла в голову мысль о том, что они ищут не там. «А что, если людей крадут не обитатели других планет. А других миров…» – вздохнула и умолкла старушка.

– Потом в участке начали распространяться слухи… Все сочли, что он устал. Начальство посоветовало моему мужу взять отпуск за свой счёт, отдохнуть от службы, восстановить нервы, подлечить рассудок… Что он и сделал. Почти на целый год я отняла у него все эти книги и заставляла не думать об этом. Постепенно всё налаживалось, Стэнли снова научился по ночам хоть ненадолго спать, мы почти победили бессонницу, мучившую его годами.

Много гуляли, часто навещали сына.

Лунара хотела задать вопрос, но по лицу старушки поняла, что та не намерена больше развивать эту тему и на что-либо отвечать. Она медленно встала, отошла от стола и уставилась в окно. Её задумчивое лицо выражало ту самую рассеянность, при которой начинают делиться такими подробностями, которые в любой другой момент предпочитают оставить при себе.