Иди по моим следам

Клиники, анализы, химиотерапии и так по кругу два долгих и мучительных года. Когда мы поняли, что лечение не даёт результата, бабушка позвала меня к себе и сказала, что на этом мы останавливаемся. Она больше не видела надежды и не хотела последние дни проводить под капельницей.

К этому времени мы растратили все средства, которые оставили нам родители и даже залезли в долги. В итоге чтобы расплатиться хотя бы с их частью, мы переехали в старую бабушкину квартиру, а дом родителей продали.

Спустя ещё два месяца бабушки не стало, а я осталась одна.

Бывшие подруги, прознав про мою наступившую бедность, перестали даже делать вид, что я их хоть сколько-нибудь интересую. Саша больше не появлялся в нашем городке. Может, до него и дошли слухи о моем бедственном положении, но, по всей видимости, это его уже не волновало.

Наверно, я бы потеряла и эту квартиру по собственной глупости, если бы неожиданно на пороге не появился Костя. Конечно, первой мыслью было захлопнуть перед ним дверь и притвориться, что это вовсе не я.

Последнее, что мне хотелось в тот момент, это слушать его насмешки. Но очевидно было, что он приехал ко мне не просто так, и любопытство победило гордость.

Неожиданно для меня Костя не язвил и не зубоскалил, как он обычно привык со мной общаться в школе. Он сказал, что узнал о смерти моей бабушки и решил навестить меня. Слово за слово, мы договорились встретиться вечером кафе, хозяйкой которого была моя подруга Настя, где я подрабатывала официанткой на полставки. Стоит заметить, что это была та самая забегаловка, за которой я рыдала в самый ужасный день моей жизни.

В итоге мы просидели там весь вечер, вспоминали школьные времена, тактично избегая разговоров о Саше. Конечно, мне безумно хотелось спросить знает ли он что-нибудь о нём, но это принесло бы в наше только наладившееся общение огромную неловкость, поэтому я решила не торопить события. Костя же, не скрывая гордости, рассказал, как хорошо идут его дела в институте, что он уже нашёл себе престижное место в одной из крупнейших финансовых компаний в качестве стажёра.

Мне, к сожалению, ответить ему было нечем. Конечно, я не сидела, сложа руки и, оставшись здесь, получала высшее образование в местном вузе, но мне это не приносило ни денег, ни профессионального удовлетворения. К концу вечера я смогла признаться ему, что нахожусь в бедственном состоянии, погрязла в долгах и не вижу путей спасения. Выслушав меня, он как-то по-детски погладил меня по плечу и пообещал помочь.

И помог.