Дем Санд. Странствия меча

На каждой бусине – по два: в одних серебряная краска легла, в других – чёрная. Всего тридцать одна бусина, знаков – вдвое больше. Серебряные и чёрные. Светлые и тёмные. Две стороны одного.

Сделав вдох, беру чётки в левую руку, правую положив ладонью вверх на бедро, и начинаю их перебирать, бормоча под нос что-то вроде мантры. Найтмар дёрнул ушами, заслышав мой голос, но шага не сбавил, сумев сохранить мягкую, почти крадущуюся поступь. Ну да, с его-то повадками и не такое возможно.

Привычный умиротворяющий ритуал повторения имен Аарок, тишина надвигающегося Леса и усталость сделали своё дело.

Дрёма впуталась в перебор деревянных бусин и моё бормотание, притупила настороженность и внимание. А потому только резкая остановка и всхрап Буцефала заставили меня вскинуться за секунду, как прозвучал окрик:

– Хэй, Tanuo[2 - Tanuo – от искаж., эльф., Tao-Nu’o – «Сбившийся с Пути», здесь – «недотепа», часто насмешливое «шлындра», реже «блудня»]!

В тишине, царящей на границе с Ведьмачьим Лесом, насмешливый оклик прозвучал площадной бранью во время храмового богослужения.

От удивления оставалось только раскрыть глаза пошире и вглядеться в того, кто наградил меня столь нелестным прозвищем.

– Хэй, я к тебе обращаюсь, мил-сдарь Шлындра!

Поскольку иных кандидатов на это звание поблизости не наблюдалось, то было ясно, что обращаются всё-таки ко мне. Ну, не к коню же!

А на тропинку, уже почти сгинувшую в необычайно густом мху, из ближайших кустов вдруг полезла настоящая шайка. И при их виде глаза, кажется, округлились не только у меня.

Судя по пряданию ушей, Буцефал тоже прибывал в крайнем недоумении. Не бросился же он на них не только потому, что мои колени легонько сжали его бока. Судя по всему, найтмар был заинтригован до глубины своей непостижимой души. Могу поклясться на собственных чётках, что после секундного замешательства, он рассматривал заступивших нам дорогу уже с любопытством. Хорошо, если не с гастрономическим. Моё внимание тоже обострилось, хоть и не скажу, что это было самое увлекательное зрелище в Мире.

Всего их было семеро и все, как на подбор, грязные, в лохмотьях, столь же пёстрых, как и члены банды. Такой живописной коллекции разбойников мне не доводилось встречать даже в самых диких и богатых на преступников уголках этого Мира! Оставалось только гадать, что свело вместе представителей далёких гор, болот, предпустошей и сельской местности на этой вот тропке?! Да не где-нибудь на торговом тракте или в закоулках портового города.