Игры эниев

Спасительной и определившей ее жизнь на долгие годы стала встреча с Дэном – прекрасным и вольным исследователем межгалактических пространств. Однажды соединившись и полюбив друг друга, они больше никогда не расставались, являя миру пример верности и любви. Постепенно к ним присоединились и остальные участники легендарного и прекрасного радужного союза. И ничего не предвещало беды, пока…»

Глубоко погрузившись в воспоминания, Мелиса не заметила большую корягу, лежащую поперек тропинки. Споткнувшись, незадачливая чародейка с размаху налетела на понуро плетущегося впереди Дэна.

Волшебная сандалия, слетев с ноги, взмыла вверх, вихрем пролетела вперед и, трепеща крыльями, в панике стала метаться, запутавшись тоненькими ремешками в ветвистых рогах испуганного оленя. Мелиса бросилась выручать свою крылатую обувь из неволи. Но Дэн угрожающе фыркал и рыл копытом землю, представив, что попал в один из многочисленных колдовских капканов зловредной Луизии, расставленных по всему периметру дремучего леса. Он грозно вращал глазами и беспомощно озирался.

– Дэн! Дэниэл! Дэнуся! Все хорошо! Успокойся, пожалуйста! Это я и моя сандалия устроили неразбериху! – уговаривала насмерть перепуганного друга Мелиса. – Прости, ради Света, меня неуклюжую – задумалась, споткнулась!

Дэниел судорожно, в несколько приемов вздохнул, затем медленно пронзительно фыркнул и, сфокусировав глаза на подруге, сиплым голосом проговорил в ее голове:

– Сними с меня скорей это недоразумение! Какой ужас! Как ты с ними управляешься?

Мелиса, осторожно распутывая ремешки, успокаивала пугливую сандалию, поглаживая потрепанные крылышки, и тихонько напевала:

– Все плохое позади, только радость впереди!

– Пожалуйста, не начинай и ты! Я сыт по горло этим глупым рифмоплетством!

– Кстати о рифмоплетах! Где же он? – волшебница и Дэн стали встревожено озираться.

– Давай на минутку перестанем думать, – предложила Мелиса своему другу.

И действительно, через несколько мгновений внутренней тишины в их головах раздался громкий раскатистый храп.

Повернув назад и пройдя в сторону раздававшегося мощными трелями в их головах, переливчатого жизнеутверждающего храпа Марко, друзья увидели его в некотором отдалении от протоптанной дорожки. Картина была умиротворяющая: стоя в самом центре маленькой полянки, на которой буйно цвели яркие цветы, олень мирно спал. Бархатная коричневая шкура лоснилась под лучами жаркого полуденного солнца, вокруг порхали разноцветные бабочки.