Хроники одной любви

Техника у нас была интеллектуальная и современная, но я предпочитала контролировать процессы по максимуму. Поэтому оставив Аритана и дальше ломать голову над загадкой неизвестных, я помчалась работать.

Спустя еще пару часов на табло высветился итог ночных бдений. Сделав распечатку, я отправилась к большому начальнику.

За столиком, опустив голову на сложенные руки, мирно спал капитан. Глядя на него, хотелось трансформировать сиденье в походное ложе и потихоньку выйти. Но за отсутствием такой возможности я молча стояла, боясь пошевелиться.

Вдруг разбужу?

– Присаживайся, в ногах правды нет, – раздался хриплый волнующий голос. – Тем более что ты хочешь спать не меньше моего.

С этими словами на меня обратили абсолютно ясный взгляд. И только я собралась возразить, что спать нисколько не хочу, как меня опередили…

– А если не хочешь, то это моя недоработка, значит, мало приложил усилий. В следующий раз придется быть более утомительным.

Не знаю почему, но я покраснела. Вот же искуситель.

Я последний раз краснела в начальной школе, когда учительница узнала, кто принес личинки ватутника. А я всего-то и хотела, сделать ей подарок к празднику в виде парящих по классу бабочек. Кто же знал, что они вместо окукливания прогрызут коробку и отправятся на поиски приключений.

– Рассказывай, что у тебя, – вторгся в воспоминания Аритан и встал, чтобы сделать мне кофе.

– У меня две новости…

– И я даже догадываюсь какие, – перебили меня с насмешкой.

– Или одна, – тут же исправилась я и усмехнулась, – но неоднозначная.

Присев за столик, я устало потерла лицо и вздохнула.

– В целом найденный порошок сам по себе безвреден. Это искусственно созданное несколько лет назад вещество.

Я сделала глоток свеженамагиченного кофе и с удовольствием зажмурилась, смакуя сладко-горьковатый вкус с ноткой корицы. Капитан же воспользовался паузой, чтобы задать вопрос.

– И в каких же случаях он вреден?

– Да, ты прав. При определенных обстоятельствах он может стать крайне опасным.

Стоит добавить этот порошок в обыкновенную воду, как он вступает в реакцию и начинает выделять ядовитый газ. Достаточно стакана воды и ста грамм этой «желтой пыли», как все живое в радиусе ста метров скончается в конвульсиях. Понятно, что в замкнутых помещениях площадь поражения выше.

Капитан сидел хмурый и поигрывал стилусом, забытым кем-то из лаборантов.

– Сколько вы обнаружили?

– Пару контейнеров, – донесся глухой голос.