Ведьмина тайна

Перевернувшись, я ушла под воду и поплыла к бортику. Вынырнув, быстро осмотрела тренажерный зал, отделенный от меня стеклом. Стоит ли удивляться, что следившим за мной мужчиной оказался Ставр Гадиныч? Улыбка у него была такая, что сомнений не осталось: именно он заложил в головы мальчиков идею о моих занятиях. Мелкий мстюн!

Ну ничего, переживу. За свою недолгую жизнь я многое повидала и со многим сталкивалась, и задетое ЧСВ[3 - Чувство собственной важности, ЧСВ – концепция, использованная Карлосом Кастанедой в своих книгах, описываемая как чувство превосходства над кем-либо или чем-либо, значимости самого себя и своих поступков.

] одного парня – лишь маленькая капелька в огромном море.

* * *

После столь недоброго пробуждения, которому подвергли меня самые близкие в этой крепости люди, настроение было мстительно-убивательное. То есть хотелось поругаться и придушить – в основном одного определенного типа. Ладно если бы эта нелепая выходка со спортом была единственной. Так нет же, Ставр решил всерьез взяться за мою нервную систему, подвергая ее самым жестким испытаниям.

Одним из них стал поход в душ после бассейна.

Скользнув в раздевалку, я мысленно поблагодарила Любомира, который принес для меня полотенце и халат, и отправилась в душевую прямо в купальнике. После раннего подъема и теплого бассейна мне требовался заряд бодрости, поэтому режим контрастности был в приоритете.

Включив воду, я залезла под упругие струи и закрыла глаза, наслаждаясь массажными ударами современной душевой системы.

Больше всего понравилось, когда напор воды ослаб, а из стеновой панели пошел горячий пар, тут же заполнивший помещение и распаривший кожу.

В момент, когда сверху снова полилась прохладная вода, со спины на талию неожиданно легли мужские ладони. Вздрогнув, я дернулась и попыталась развернуться, но мне не дали, прижав к крепкой и широкой груди.

– С добрым утром, Велена Никитична, – прошептал на ухо наглец, при этом еще и мочку прикусил!

– Утро добрым не бывает, Ставр Гадиныч.

– Я – Добрыныч! – недовольно поправил самый настоящий гад и… укусил за шею.

– А по вам и не скажешь! – возразила я, стараясь скрыть хриплые нотки в голосе.

Просто шея – одно из самых чувствительных мест, и прикосновение губ вызвало мгновенный отклик. Поглаживания, медленно спускающиеся на живот, порождали дрожь и покалывание кожи.

– Думаю, у нас с вами будет время, чтобы проверить все… высказывания в мой адрес.

– Господин Вересков…

– Можно и без фамилии.