Алмаз заговоренный. Подарок старой повитухи – 2

– Ну, дай бог! Ладно, не буду тебе мешать. Как закончишь, приходи, я тебя пирожками угощу. Напекла сегодня со всякой зеленью, с вареньем.

– Хорошо, Анфиса Ивановна, приду.

С одной стороны было бы лучше, чтобы она не надоедала Грифанову. А с другой – она бы его здесь покормила, если я не смогу быть рядом… А почему я не смогу быть рядом? С директором я договорюсь. Не отпустит, напишу заявление об увольнении. Это не проблема. А вот если он сам не захочет, или по причине конспирации нельзя будет мне сюда приезжать… Вот тут пирожки Анфисы Степановны и пригодятся.

В общем, как говорила бабушка Катя: " Будет день, будет и пища".

Кстати, о пище. Холодильник пустовал с прошлого года. Из продуктов в доме были только картошка и банки с вареньем в подвале. Надо проверить состояние картошки. Может, её уже надо списывать в утиль. А одним вареньем сыт не будешь.

Я полезла в подвал. Картошка чувствовала себя отлично. Товарный вид имела на все сто. Варенья на полках было много. Банок тридцать.

Смородина, малина, жимолость, компот из яблок с черноплодной рябиной, клубника. Чай пить есть с чем. А вот есть? Надо купить круп, масла растительного, сахар, соль. Может быть, тушенки. Мужики обожают тушенку. В магазине смотрели на меня изумленно, пока я перечисляла, что мне нужно. Продавец решила, наверное, что я собираюсь на северный полюс.

Загрузив холодильник и кухонные шкафы продуктами, я приняла душ и отправилась спать. На соседские пирожки уже не было ни сил, ни аппетита. Ничего.

Объясню, что устала и уснула. Анфиса Ивановна не обидится. Не такой она человек, чтобы обижаться по пустякам. Но спать вдруг расхотелось.

Воображение рисовало картину встречи с Грифановым. Сколько придётся его ждать?.. В былые времена, наверное, за полгода было известно, куда и зачем поедет Ансар Грифанов – журналист и телеведущий. Теперь вот даже примерно не представляю, когда он сможет приехать и что он скажет при встрече?.. Я перебирала слова, которые скажу ему, но они казались фальшивыми, бессмысленными, пустыми.

Что же я ему скажу?.. А может, ничего не надо говорить? Может быть, он сам всё поймёт?..

Из памяти выплыла сцена на вокзале почти двухлетней давности. Я видела теперь, как Ансар нервничал, выскочив из вагона на перрон. Как он огорчился, когда я сказала, что никуда не еду… Или мне это показалось?.. Как он долго смотрел, стоя на подножке вагона… Его последний вопрос: "Не пожалеешь?" сжимал мне сердце. Да, я пожалела, очень пожалела.