Подарок старой повитухи

Потому она и взгромоздилась на нее, будто барыня на извозчика, ухватилась за края колымаги и замерла, глядя вперед, на дорогу: все, мол, готова, везите!

Девчонки за поручни принялись толкать тачку с двух сторон. Поначалу думали, не стронется с места. Но потом, мало-помалу, заскрипела, затряслась, родимая, и покатила по деревенской дороге, выстукивая какой-то свой древний мотив. Санька с Нютой, почти упершись носами в пыльную каменистую, вышарканную телегами, да лошадиными и коровьими копытами, дорогу в глухой русской деревне, которой и названия-то не знали, усердно толкали повозку.

Она же продвигалась на три кошачьих шага, как Санька с Нютой не упирались. Растрепанные и раскрасневшиеся, они усердствовали, пока не вытолкали тачку к самому уклону. Правда, уклон был еле заметным, но ход тележки ускорился. Это приободрило тружениц, и они налегли на рычаги с новой силой.

– Давай, давай, Нютка… Сейчас полегче пойдет… Давай…

Увлеченные своими стараньями и радуясь ускорению, они не сразу поняли, что надвигается катастрофа.

О том, что там, в доме, приютившем их на ночлег, сейчас делает его хозяйка, они старались не думать. Страшно было. Сейчас главное – добраться до него быстрее ветра, дотащить, дотолкать Пименовну, как главную спасительницу от всего того, о чем было страшно даже думать.

Повозка погромыхивала все легче и быстрее. Они толкали ее, уже почти не напрягаясь, потом просто придерживали, чтобы ровнее шла, пытаясь обогнуть ямки и камни. Перейдя на легкий бег, они еще не понимали, что в этот момент повозка окончательно и бесповоротно пошла своей дорогой, чем дальше, тем круче шедшей под уклон.

Все остальное произошло за считанные минуты, но осознать произошедшее и Санька, и Нюта потом пытались всю жизнь. Повозка вместе с седоком разогналась так, что девчонки уже не могли ее удерживать за рукоятки. Они бежали рядом, пытаясь ухватиться за борта, но расстояние между их протянутыми руками и задней стенкой кузова непрерывно увеличивалось. Этот бег наперегонки с сидевшей в тачке Пименовной закончился резко, когда Санька, споткнувшись, кубарем полетела под гору, но не по прямой, а куда-то вправо.

Покатилась и исчезла в дремучих зарослях крапивы и осота. Нютка, разогнавшись так, что уже просто перестала видеть дорогу, и не в силах остановиться, сначала вбежала в ольховник, росший вдоль дороги, а там свалилась в некстати подвернувшуюся канаву.

Для каждой из них наступила тишина, в которой долгое время слышен был только звон в ушах.