Приятно тебя общать

Вы что же, юноша, думаете один день тут стоять? Простота!

Я послушно записал продиктованные дедулей цифры. Он пошевелил моржовыми усами и мясистым носом и осведомился:

– А вы кого собрались с жизнью распрощать?

Я помялся, но ответил:

– Одного менеджера с работы. Всю душу вымотал, скотина.

– Тогда вас в корпус Г пошлют. Можете сразу там очередь занять. А вы как думали? На подачу документов не меньше недели уходит.

– Я взял отпуск за свой счёт.

– Предусмотрительно, очень предусмотрительно, – заметил эстет, дёргая бровями.

Если бы это не был нервный тик, я бы записался за разрешением на нанесение побоев. Очень уж похабно у него с бровями получалось.

– А вы всю аргументацию собрали? – поинтересовался студентик с цыплячьей шеей.

Я показал пухлую папку со справками, протоколами, аудиозаписями, фотографиями, свидетельствами очевидцев и прочими обоснованиями моих претензий. Готовился я долго и обдуманно, семья во всём меня поддерживала. Родные считают, что надо недельку покуковать в очереди, чтобы стать настоящим мужчиной.

– А магарыч? – не унимался старичок.

– В официальных требованиях ничего такого не упоминалось! – возмутился я, мгновенно покрываясь по?том. Хотя что это я, ведь завтра тоже стоять. Вечером куплю.

– Простота!

– Что вы, молодой человек, это же неписаное правило. Мужчинам – дорогой коньяк и мясную закусь, женщинам – качественное вино и конфеты, желательно импортные, – просветил меня бурый дедок. – Купите и то, и то. Скорее всего, разрешитель будет женщина, и тогда вам останется, чем отпраздновать подачу документов.

Он хитро подмигнул. Я попросил карандаш, и к номеру на руке прибавился жирный крестик. Помолчал. Было неуютно: казалось, что все на меня косятся исподтишка и чего-то ждут. Откашлявшись, я обратился к дедуле:

– А вы кого хотите… ну… того?

Очередь расслабилась. Я всё сделал правильно.

– Молодой человек, привыкайте прямо говорить о том, на что, не стесняясь, просите разрешения. – Он снова пошевелил усами, довольный, что им интересуются.

 – Я на жену. Занял в две очереди: на развод и на убийство. И она тоже в две. Что-то ведь должны разрешить. С разводами обычно проще выходит, но тут не угадаешь.

– И не боишься, козёл, что я раньше тебя на убийство записана? – зашипела толстуха с недовольной миной.

Я посочувствовал старичку и мысленно пожелал ему удачи.

– Чего бояться, Лидуся? Разрешители тоже люди. Они как тебя увидят, сразу в моё положение войдут.