В тени восходящего солнца

Так что…

– Это не резервуар, – прошептала Дина ещё тише, ощущая как по спине побежали мурашки. – Я знаю этот свист. Это разгерметизация. Немедленно закрой капсулу и надень скафандр!

К последнему слову она уже кричала.

– Ну ладно, – Влад пожал плечами, закрывая капсулу – щёлк, клик, клик. – Ты, как всегда, перестраховываешься. А где мой скафандр?

Прогремел четвёртый взрыв.

В этот раз подальше второго, даже как-то приглушённо и неопасно. Всё смолкло, будто Дина погрузилась в воду, но через несколько мгновений корабль задрожал, завыл, застонал и начал трещать.

Оглушительно трещать. Дина рефлекторным движением активировала скафандр и в следующую секунду каюта развалилась пополам, выплёвывая всех троих в чёрную бездну.

Вопреки романтическим представлениям о том, что в экстремальных условиях время замедляется, Дина лишь краем глаза уловила движение, ощутила удар о рваный край корабля – и вот она уже вертится в открытом космосе, окруженная обломками, одеждой, остатками еды, гаджетами и замерзающими в безвоздушном космическом холоде людьми.

Космический лайнер с полутора тысячами человек пассажиров и двумя сотнями человек экипажа превратился в облако космического мусора.

Почти рефлекторными движениями управляя микродвигателями скафандра, Дина компенсировала вращение, включила аварийный маячок и зажмурилась, ощущая как слёзы солёными шариками отрываются от глаз и парят в крошечном пространстве её шлема. «Никогда не кричи в скафандре, дочка, – учил отец, – на крик тратится слишком много кислорода.

Крича, ты крадёшь свою жизни».

Дина просто висела в черноте космоса, стараясь понять, что делать дальше и слушая звук своего сердца.

Тук… Тук… Тук…

Антон!

Слёзы мгновенно высохли, взгляд стал цепким, слух обострился, мышцам вернулась пружинистое напряжение. Дина активировала режим возврата прогулочной капсулы. Нет ответа. Судя по приборам, капсула была исправна, но двигатели не работали. Сломалась? Поврежден генератор? Да какая разница!

Тук.

Тук. Тук.

Дина вывела на внутреннюю поверхность шлема сигнал с маячка капсулы. Капсула удалялась. Удар о борт корабля закрутил Дину, но и замедлил её движение. Капсула же удалялась, как выпущенное из пушки ядро.

Тук-тук-тук.

Дина сжала кулаки, зажмурилась и как наяву увидела своего отца, точь-в-точь, как в тот день, когда он вернулся на корабль один, без мамы. Он наклонился над ней, зарёванной, не способной произнести и слова сквозь рыдания.