Приключения Карлайны

Понимаешь? Я должна все узнать.

– Замуж тебе надо. Тридцать пять уже. Так и останешься одна.

– Как ты? – что сегодня за день, мой рот сам несет обидные слова, которые и врагам-то говорить не стоит. А уж любимым людям и подавно.

– Я не одна. У меня есть дочь, хоть и непутевая. И муж есть.

Мама опустила глаза, и я поняла, что опять ляпнула лишнего. Привычка отбиваться от нападок окончательно испортила мой характер. То, что раньше было исключением и самообороной, превратилось в гадкую привычку.

Разумеется, я опять не успела остановиться. Мой рот открылся, и я услышала свой голос:

– Бывший муж. Живет себе в Лондоне с длинноногой красоткой и присылает чек. Два раза в год. На праздники.

– Не смей так об отце. Не тебе нас судить…

– Мам. Ну не плачь. Я просто в плохом настроении. Извини…

– Вся в отца. Дерзкая и несговорчивая. Всех кавалеров распугала. Останешься со мной куковать, будешь знать тогда.

– Начинается.

– И поделом тебе.

Беседа зашла в тупик.

С мамой все доводы бессильны. Заладила свое и не хочет понять, что я другая. У меня своя жизнь. Такая, какая есть. И она мне нравится. Ну… Может не совсем. Есть некоторые минусы. Например, я альбинос. Странное зрелище: белоснежная кожа и белые волосы. Везде. Человек без ресниц и бровей всегда вызывает шок. Не стоит смотреть спросонья или с бодуна. Еще и странный рост: метр пятьдесят. А я даже не азиатка. У меня вполне европейская внешность. И глаза голубые. Прав директор. Белобрысая коротышка. Она самая и есть.

– Мам, а почему я… такая?

– Какая?

– Маленькая. Белобрысая… вы меня удочерили?

– Что за глупости? Я тоже маленького роста.

– Но не такого. И потом, ты брюнетка.

– Просто тебе больше повезло. Вон какая ты у меня миленькая и умная, – мама как-то по-особенному улыбнулась

Во как. Повезло! Спасибо, мамуля. Сама бы ни за что не догадалась.

***

Ждать было невыносимо. Документы подписаны, вещи собраны, но отъезд дважды откладывали.

Кто-то таинственный тормозил проект, придумывая разные поводы. Даже стоя на перроне, я не верила, что мы уедем.

Настроение испорчено. Дурные мысли неистово лезли в голову. Хотелось поругаться, но неизвестно с кем. Зараза Аполлон потирал руки и ухмылялся. Поездка в середине июля к черту на кулички явно его не возбуждала. Кто-то говорил, что ему пришлось сдать путевку в Турцию.

Злорадная улыбка растеклась по моему лицу. Так и надо.