Академия превращений

На этаже мелодично прозвенел колокол, оповещая о начале очередных занятий. Рас молча взял меня за руку и повел в аудиторию.

К концу практической я была сама не своя, даже перед первым экзаменом так не волновалась. Занятие по превращению глиняных тарелок и кружек в стеклянные шло относительно хорошо, мы работали в паре с Маришкой. По правде говоря, я ей больше мешала, чем помогала. От моего заклинания тарелка норовила свернуться рулоном, в итоге доделывать все пришлось одной Маришке. Ну не получалось у меня сосредоточиться, когда все мысли были уже на третьей паре.

Не хотелось бы оказаться на месте нашей тарелочки.

Аудитория для практики по человеческим преобразованиям несколько отличалась от предыдущей. Столы в ней были расставлены по периметру, образуя в центре свободное пространство. Мы заняли места ближе к выходу. В этот раз ребята сели по бокам от меня. Чтобы хоть как-то меня поддержать, Рас накрыл мою ладонь своей. Странно, но почему-то стало полегче.

Маришка достала маленькое зеркальце и вернула своим глазам прежний карий оттенок.

Я представляла мастера Бартоса седовласым старцем с длиннющей бородой, крючковатым носом и злыми глазами. Так что, когда спустя пару минут после колокола он по-мальчишечьи забежал в аудиторию, я немного растерялась.

Это был молодой мужчина с коротко стриженными светлыми волосами и куцыми усиками. Не глядя, он бросил на преподавательский стол портфель и пиджак с заплатками на рукавах.

Затем велел дежурному вытереть доску и потребовал у старосты журнал группы. Едва заглянув в него, препод категорично заявил:

– Рудольф, брысь!

Кто-то из девчонок тоненько захихикал. Вся группа повернулась к худощавому брюнету с оттопыренными ушами. Тот с некоторым недоумением уставился на преподавателя.

– Ну можно я останусь, мастер Бартос?

Мастер Бартос сердито ткнул пальцем в журнал.

– У тебя сегодня Нестабильность, чего ты вообще приперся?

– Я редко изменяюсь…

– Редко, но метко, – с ехидством отметил Бартос.

 – Сегодня не твой день. Мы не начнем заниматься, пока ты не выйдешь.

Не знаю, чего Рудольф добивался своим поведением, но уйти ему пришлось.

– Не видела, чтобы он превращался, – тихо произнесла я.

– Он на лекции один раз выходил, – вспомнила Маришка.

Непосредственно занятие началось чересчур обычно для магической академии. По крайней мере, в моем представлении.