Академия превращений

Но я не собираюсь никого подставлять, мне моей невезучей копии хватает!

Меня словно зажали в угол, впору идти к декану и начать каяться во всех грехах.

Зарябившая перед глазами бумажная полосочка вернула меня в реальность. Свернутая рыбкой, она нахально кувыркалась в воздухе и явно не собиралась ни падать, ни лететь дальше.

Какая-то неправильная бумажка.

Я остановилась. «Рыбка» закружилась на месте.

– Тебе записка, – заметила мое недоумение Маришка, – возьми.

«Рыбка» развернулась, едва я протянула к ней руку, и спланировала мне на ладонь.

На внутренней стороне полоски была одна фраза, написанная до боли знакомым почерком: «Я что-нибудь придумаю».

Рас, ну ты как всегда! Пора уже признать, что тайное всегда становится явным, сколько ни выкручивайся.

Но я невольно схватилась за эту фразу, как за соломинку. Аккуратно свернула послание и положила в карман, к стеклянным шарикам.

Хорошо, когда в твоей команде есть хоть один оптимист.

Несмотря на безветренную погоду, над стадионом горделиво развевались флаги обеих магических школ – наш оборотень и кобра менталистов.

Еще вчера мы по этому стадиону нарезали круги – физкультура во всех мирах наиважнейший предмет. Ее здесь ведет аспирант Славик, спуску никому не дает – гоняет что парней, что девушек. А сам, доходяга, мало похож на спортсмена.

Поле окутывал плотный туман. На него будто опустилось огромное белоснежное облако. Хотелось подойти ближе, пощупать это чудо или вовсе в нем побарахтаться.

Остальные студенты мало удивились такому зрелищу.

– Что-то приготовили к первому испытанию и спрятали, чтобы мы заранее не увидели, – высказался всезнающий Тим.

– Наверное, что-то грандиозное, – я не могла отвести глаз от облака.

– Важности нагоняют, – не согласился Тим. – Расслабься, это же не Оборотный турнир, а так, дружеская возня.

Как ни назови, не хочу в этом участвовать.

Трибуны постепенно наполнялись зрителями. Я бы тоже с удовольствием устроилась на скамье и понаблюдала за практикой со стороны, но тогда Бартос меня прибьет.

– Да не разбредайтесь, как овцы, – ворчала староста. – Сейчас начнется!

Она не удивилась, когда и мы с Маришкой подтянулись, должно быть, преподы ее предупредили.

По виду Раса невозможно было определить, волнуется ли он вообще. Мне оставалось только завидовать его выдержке, у меня-то обычно на лице все написано.