Демон государственности. Роман

Так называемые экономисты подрывали пафос борьбы роковой, считая, что политические теории мало понятны необразованному пролетариату и могут служить лишь предметом учёных дискуссий в узких партийных кругах, а на деле куда важнее социальные реформы и практические шаги по улучшению жизни людей. Напротив, вожди, вооружённые коммунистической доктриной, отводили угнетённым трудящимся взрывную миссию – вдребезги разнести мир насилия исключительно посредством вооруженной революции, установить диктатуру пролетариата для построения нового, справедливого мира, без эксплуатации человека человеком.

При этом вождям партии предназначалась руководящая роль, потому что стихийный порыв масс без определённого направления не сможет привести к полному уничтожению старых общественных отношений.

Душок революционной заразы, может, кого и насторожил бы, не будь издание предназначено для переправки в Россию, чьи внешнеполитические интересы довольно часто пересекались с интересами лидирующих мировых держав. Северного соседа не мешало побеспокоить изнутри, чтобы диковатая разгульная мощь не перехлёстывала за края его имперской – наполовину европейской, наполовину азиатской – плавильной печи.

Как кипящая жидкость выпускает на поверхность пузыри, так из взбаламученных слоёв тонких миров на всем евразийском пространстве вырывались к жизни несметные полчища бесов, равно и великое число просветлённых душ. Им ещё только предстояло в грядущем веке проявить себя в России, ввергнуться в горнило эпохальных событий и разнестись диким семенем по мировым закоулкам.

Полуночная столица

На ту пору Российская империя чуть не четверть века не вела больших войн и расползлась по гигантским пространствам – от восточных берегов Балтики до Сахалина, от Заполярья до предгорий Памира и монгольских степей. Пять столетий назад московиты начали выбираться из лесов, собирать старые земли после нашествия ханской Орды, увлеклись и прихватили территории самой Орды в Поволжье и за Уралом, с нею отчасти перемешались; потом со скучных равнин потянулись к морям, Балтийскому на западе и Чёрному на юге, далее будто по инерции докатились до арктических морей, до дальневосточного побережья Тихого океана, перекинулись через Берингов пролив, пошли на освоение сопредельных территорий, порой даже избыточных, как Аляска, позднее проданная Северо-Американским Штатам.

Жадно впитывая европейскую культуру и стремясь утвердить себя в евразийском пространстве, россияне творили собственный самобытный мир.