Эксплеты. Последняя сказка

 – Возьмем сегодняшнюю газету с указанной датой и напишем предсказание на ней, а затем спрячем?

Задумчиво потерев подбородок, Норт все же покачал головой.

– Все выпускаемые газеты в двух экземплярах хранятся в архиве Печати Советника по Связям с Общественностью. Знающие люди могут заявить, что мы просто взяли один из архива. Или даже что по приказу Короля была напечатана фальшивая. Не думаю, что ради свободы дочери и безопасности Ордора он не мог бы пойти на такую небольшую авантюру.

Повисла долгая пауза.

Омарейл прошлась до кладовки, чтобы принести немного еды, и прибежала оттуда не только с печеньем, но и с идеей.

– Дерево! – воскликнула она. – Дерево, вот что уж никак не подделать.

Даррит заметно оживился:

– Это хорошая мысль.

– Иан Планта, еще когда приходил ко мне на аудиенцию как Патер Фортосдора, рассказывал, что в их краях есть дерево, в которое задолго до Сола врос топор. И оно считается священным местом лесорубов – якобы это Древо древ, которое не поддалось орудию человека.

Каждый год люди приходят туда, чтобы поблагодарить лес за его дары. Завязывают на ветках цветные ленточки, поют песни… Что, если мы тоже найдем дерево и сделаем так, чтобы в него вросла, например, бутылка с посланием?

– Прекрасная идея. Думаю, правильнее будет взять не бутылку, а изделие из бронзы или меди, чтобы дерево не раздавило стекло. Поместим предсказание в металлическую шкатулку, а ее – в дерево, так будет надежнее.

Омарейл предложила пойти поискать что-нибудь в ближайших магазинчиках, но Даррит напомнил ей, что в этом времени был уже вечер.

Лодья отправился в свою лавку, чтобы закрыть ее и навести порядок. Он должен был скоро вернуться домой.

– Поэтому предлагаю вам отправиться в свою комнату и лечь отдыхать. А я пойду прогуляюсь. – С этими словами Норт встал, убрал за собой чашку, после чего вышел из столовой, оставив чуть растерянную принцессу смотреть ему вслед.

Допивая остывший чай, Омарейл хмуро глядела в окно. Она была полна бурлящего желания разработать вместе с Дарритом план по уничтожению Совы, а он убежал, оставив ее одну.

Если ему так захотелось прогуляться, мог бы предложить сделать это вместе! Неприятные ощущения появились под ребрами, дышать стало труднее. Глаза защипало, а горло сдавило, отчего невозможно было сделать вдох. Так ощущались ревность и обида – чувства, посещавшие Омарейл нечасто.

Спать решительно не хотелось. Допив чай и убрав со стола, она тоже вышла из квартиры.