Сетевая LOVушка

–Не понимаю, почему денег вечно у тебя мало, сложно взять побольше, когда едем в магазин? – громким шёпотом шипела жена. Он униженно молчал, стараясь не глядеть на Яну. Девочка шлепнулась на пол, завыла.

–Да блин, че ты ее не держишь?! Ничего тебе не доверишь, складывай покупки. Шампунь не клади к хлебу! Ш-ш-ш, не плачь моя куколка.

Яна пошла из магазина. Сильнее ненависти и ярости теперь было презрение, противно до тошноты. Она свернула за угол магазина. Начала доставать сигареты. Слезы застилали глаза.

Затянулась и склонилась над урной. Её рвало. Мимо прошла тётка недобро цыкнула, покосившись на Яну. Плевать. Внутри все горело, горечь разочарования была горше желчи.

Дубль два.

Второй раз было больнее. До задыхания в груди, до потери 10 кг в весе. Он был мужчиной мечты, забрал из общаги. Ах, как сладостно было уезжать оттуда, носить свои шмотки в его машину, специально подольше ковырялась у распахнутой пасти багажника, мол смотрите, дурехи! Надо не конспекты зубрить, а мужика ловить.

Пока, очередь в душ, тараканье и дежурства.

Его звали Стас. Старше лет на пятнадцать, виски тронула седина. Плевать. У него двушка, он директор в какой-то компании. Был женат, есть дочь, но в другом городе. Он медитировал по утрам в отдельной комнате, пока Яна тихонько готовила завтрак. Боялась спугнуть медитативный процесс. Стас пытался ее приучить в буддизму, рассказывал махаяне, простираниях, медитации, ретритах, после которых расходятся кости черепа, знаменуя, что человек достиг просветления.

Яна с ужасом посмотрела на его голову. Голова, как голова. Стас смеялся: да там всего-то на пару миллиметров в районе макушки. Ты и не заметишь.

Они разговаривали часами. На кухне или балконе, окурки в пепельнице росли, росло воображение и мечты о счастливой совместной жизни.

Он был прекрасным любовником, чутким, нежным. Яна была счастлива. Печалило, что он ездил каждые выходные в соседний город, к дочери. Яна скучала, таскалась по магазинам, хотя надо было писать диплом.

Последний курс, скоро свобода. Хотя нафига ей диплом, с таким-то мужиком. Она уже схватила Бога за бороду. Иногда заходила к девчонкам в общагу, похвастаться, лишний раз за себя порадоваться. Даже маме про Стаса рассказала. Мама неопределенно промычала в трубку, что ее жизнь, ей решать.

В один из выходных Яна затеяла уборку. Он уже давно отмыла половину холостяцой берлоги, начистила кафель, оттерла жир от раковины в кухне.