Наброски пером – 3

Он мог бы ее поднять одним пальцем.

Вечер был наверняка прохладным, но он ничего не чувствовал, кроме тепла ее кожи и нежного детского запаха.

На следующий день, с букетом наперевес он больше часа прост-оял на том же углу. Все проходящие девицы казались удивительно гру-быми и несимпатичными. Вчерашнее чувство полета потихоньку уле-тучивалось. Как оказалось, навсегда

Она так и не пришла.

А еще на следующий день Яков обнаружил себя в одном купе с ее мамой и сестрой. Мамаша была обыкновенной гойкой, типа сельской учительницы, сестричка, когда вырастит, будет явно круче своей стар-шей сестры.

Мамаша оказалась разноворчивой и беседа в купе легко перешла на предмет старшенькой, студентки. Младшенькая при этом нагло смотрела ему прямо в глаза.

В те годы Яков абсолютно не замечал двенадцатилетних девочек и из последних сил стараясь себя не выдать сочувственно слушал по-дробный мамашин расклад о легкомыслии дочки, не одевшей, идя на свидание позавчера вечером ничего теплого ни сверху, ни снизу и слегшую в результате такого легкомыслия с тяжелой простудой.

Тщетно пытаясь вздохнуть, Яков выскочил из купе и вернулся уже поздно ночью когда соседки уже спали. Никогда до того он не совер-шал такой тяжелый выбор. Повзрослев за ночь, он осознал, что навсег-да понесет на себе вес этого выбора.

И принял это как данность.

С годами Яков забыл ее лицо, помнил только огромные блестящие глаза и покрытые бесцветной помадой губы. Но ощущение ее кожи навсегда осталось на кончиках его пальцев.

И детский запах.

В старости он обожал гладить детей.

1984

СКАЗКА ПРО ДВОИХ

В городе Нью-Йорке, а, может и не в Нью-Йорке, жили два челове-ка: Хороший человек и Плохой человек. Они были ровестниками и учились в одной школе. В одном классе. Даже сидели рядом, но по-том жизнь их развела в разные стороны.

Дело в том, что Плохой человек хотел всего и сразу… и зашагал по чужим ногам и головам. За всю свою жизнь он так и не познако-мился с восьмичасовым рабочим днем, по-часовой оплатой и гаранти-рованным отпуском.

В результате не сразу, конечно же, не сразу, но он таки получил много, очень много. Главное – он обрел уверенность в том, что если человек действительно хочет много, то он и получит много, а если он не получил много, то он этого «много» никогда и не хотел.

Хороший человек считал, что скромность украшает человека, что надо уметь радоваться тому, что у тебя есть.