Возвращение солнца. Цикл «Деревянная сабля». Книга первая

Малёк отнял руки от лица и посмотрел на меня как-то дико.

– Я его убью, – сказал он Рики. – Я прямо сейчас его убью.

– Не надо. Потом опять плакать будешь.

Я тем временем ощупал себя и не обнаружил признаков того, что раздавил кошку, крысу или кого угодно. Тем не менее покаялся, обхватив руками немилосердно болевшую голову:

– Я уже его убил.

– Кого? – спросили меня.

– Зверя, который набросился.

– Зверь убежал, – сказал Рики.

– Я его щекотал, – почему-то тонко и плаксиво пожаловался Малёк моему братцу.

– Ну да. Если ты кого пощекочешь, он, естественно, убежит, – объяснил я Лёке причинно-следственную связь.

– Болван! Я тебя щекотал, а не зверя. А ты не шевелился.

И оба они бросились ко мне. Они чуть не придушили меня, обнимая. Я брыкался и ругался. Потому что у меня всё болело и кружилась голова. Тогда они оставили меня в покое, подобрали фонари, очки и прочие вещи, проверили наличие у меня в кармане священной реликвии и заставили закрыть вход в пещеру.

Я поднялся и проделал это, а потом, опираясь на Малька и стены, двинулся за Рики, освещающим путь, наверх, к солнечному свету, по которому мы соскучились.

Но там была ночь, и я едва успел заползти в спальный мешок, как уже заснул в той же комнатке, где ночевал вчера. Я спал так крепко, что не слышал моря и ночных голосов и даже ни разу не вспомнил про Нату. Но не это странно, а то, что не чувствовал боли. То есть совсем. А ведь укладываясь, боялся, что не сомкну глаз, и утром не смогу продолжить путь.

Как это так, первым делом подумал, проснувшись. Потом взглянул на небо и понял, что уже раннее утро.

Глава 12. То, что никому не нужно

Малёк и Рики мирно беседовали за завтраком.

– Ты глянь, он ещё ходит, – изумился мой приятель, увидев меня, плетущегося к ним.

– И щекотать не пришлось, – захихикал Рики.

– Я те пощекочу, – пригрозил я, пробуя, нормально ли шевелятся голова и руки.

Учитывая, что я пересчитал все здешние камни всеми частями тела, думал, что будет хуже.

– Хорошо хоть зеркала нет, – фыркнул Малёк. – Ты бы видел себя!

Я только отмахнулся. Больше всего меня сейчас занимал вопрос: а что скажут наши с Рики родители? Мама, увидев на дверях объявление, с ума сойдёт от переживаний. Я смылся из города, не предупредив её и папу и практически умыкнув их младшего ребёнка.

– Братцы Аги влипли, – заржал Малёк.