Светофор, или Правила жизненного движения

Думаю, раньше бы я обозвала самыми плохими словами людей, чьи поступки могли привести меня под колеса машины, но сейчас я была спокойна и рассудительна – зачем так страдать, если никто не умер. Ведь это уж точно самое страшное, что могло произойти на том перекрёстке.

Казалось, посещения на сегодня окончены, но после обеда пришла журналистка местного телевидения, которую родители не пускали в мою палату. Она, проявив чудеса тактичности, попросила назначить ей время, когда она сможет прийти ко мне с оператором, а пока просила сказать лишь несколько слов для заметки в газету, которую курировал их канал.

Я согласилась. Может, мой поступок побудит кого-то не остаться равнодушным и спасёт чью-то жизнь. Об истинных мотивах я попыталась забыть.

– Если не хочешь с ней общаться, скажи, – мама накрывала мне ужин на стол.

– Я ведь велел им уматывать отсюда! – злился папа, глядя в окно. Там, конечно, уже никого не было – журналистка скрылась тем же ходом, что и пришла сюда.

– Всё в порядке, мне не сложно, спасибо вам за заботу, – я взяла маму за руку, и, взглянув папе в глаза, добавила, – простите, что так вышло.

Этими словами я, конечно, их растрогала, мы немного посидели, обнявшись, а потом принялись обдумывать, как привести меня в ухоженный вид.

Через пару дней появилась газета с коротеньким интервью, как мы и договаривались, прикрепили моё фото из социальной сети, на котором я выглядела самым лучшим образом: счастливая девушка с уверенным взглядом и лучезарной улыбкой.

«А внутри смута», – первое, что я подумала, глядя на ту себя.

– Что скажешь? – кажется, папа скупил все экземпляры в киоске.

– Думаю, им следовало сделать пометку «Не повторять. Опасно для жизни».

– Всё позади, – он улыбнулся и достал из сумки ноутбук, который я упросила принести мне.

Кстати, я была удивлена, насколько хорошие палаты есть в нашей больнице: с телевизором, собственной ванной комнатой, холодильником и уголком для посетителей с мягким диваном.

Как оказалось, эти комфортные условия – заслуга тех фей, что не жалели денег на моё выздоровление. Несмотря на эти удобства, мне хотелось домой, но об этом не было и речи – за мной постоянно следила медсестра, а доктор приходил два раза в день.

В день, когда мама помогла мне принять ванну и отмыть волосы, я чувствовала себя ужасно счастливой. Родители ушли домой, а я собиралась звонить подруге – с тех пор, как я очнулась, мы каждый день болтали перед сном.