Пока не пробил час

Это мои пробелы в его воспитании…» И так далее!

Исправник торжествующе прищелкнул пальцами по бумаге:

– Ясно вам теперь, коллега?

Пристав был немного растерян:

– Значит, этот парень пришел в город получить по закладной?

– Вот именно!

– Зачем же он тогда…

Пристав осекся, пожал плечами. Макаров на минутку задумался.

– Василий Степанович, этот Кокуль-Яснобранский не появлялся в банке на днях?

– Нет, это точно! Я приказал своим служащим, если меня в тот момент в банке не будет, сразу же за мной послать, сказав молодому человеку, что такую сумму могу распорядиться выдать только я.

Его мать просила не поднимать шуму, вот я и хотел сам поговорить с Юлианом, пожурить и предостеречь его… Я ведь помню его – мальчиком, правда, когда он еще жил здесь с отцом и матерью… Решительно не появлялся!

– Значит, – повернулся Макаров к приставу, – этот молодчик сам объяснит нам свой поступок!

– Каким образом? Вы думаете…

– Да! Мы с завтрашнего дня, с понедельника, устраиваем засаду у банка. Если я правильно понимаю обстоятельства, долго нам ждать не придется.

Он не покинет город, не попытавшись получить деньги. Скорее всего, они ему очень нужны. Уверен – это его главный мотив. А он, как вы заметили, в доме у Савичевой не обогатился!

– Почему же? Если именно из-за этого…

– Это он нам тоже сам расскажет!

Президент растерянно переводил взгляд с одного полицейского на другого. В его голосе появилась обида:

– Но, господа, позвольте!.. Анатолий Викторович!..

Макаров быстро повернулся к нему, мягко взял под руку.

– Дорогой Василий Степанович, ради бога, не обижайтесь! Мы тут в вашем присутствии заговорили о служебных задачах, забылись. Но тому причина – обстоятельства для нашего города необыкновенные, трагические…

– Вы меня пугаете, господин исправник! Я так понял по вашей реплике, что обворован дом нашей милой вдовы?

– Если бы, если бы… Все гораздо хуже. Убита Любовь Лаврентьевна, жестоко убита…

* * *

К дальнейшему восхищению всего города, начальник полиции оказался чуть ли не провидцем.

На следующее утро он сам стоял у окна второго этажа банка и из-за шторы смотрел на бульвар. И первый увидел высокую простоволосую фигуру в студенческой куртке. Убедившись, что неизвестный молодой человек направляется именно в банк, уверенно сказал своим собеседникам:

– Вот он, красавчик! Идет как ни в чем не бывало!

Президент и пристав глянули в приоткрытую щель штор.

– Похож… – прошептал бледный господин Канивцов.