Санный след

Я ведь никаких обвинений вам не предъявляю, только задаю вопросы. Что же вы так волнуетесь?

Молодой человек тяжело переводил дыхание, успокаиваясь. Обреченно махнул рукой.

– Чего там, сам понимаю: две убитые, и я с обеими – знаком. Ясно, на меня и подумают!

– Так были у вас любовные отношения с мадам Солье?

– Нет! – Он вскочил, принялся ходить по комнате. – Жаклин была женщиной любвеобильной. Делала мне намеки… Я бы вполне мог, сами понимаете! Но Нелли, я ведь с ней… Да… Жениться хотел…

Егор резко сел, закрыл лицо руками, плечи его вздрагивали.

«Однако какой же он возбудимый», – вновь подумал Одиноков. И спросил:

– А где вы были в день и вечер гибели Королевой?

– Днем здесь, в ателье. А вечером ждал Нелли на катке. Да она не пришла…

– На каком катке?

– В городском парке.

Каждую зиму в городском парке заливали большой каток – играл духовой оркестр, в будочках продавали блины, горячий чай, пирожки, баранки, конфеты. Вечерами он ярко освещался, и, конечно, каталась там чистая публика.

Ребятня, у которой не было денег, каталась на замерзшей реке – свободно и совершенно бесплатно.

– Значит, в парке… В компании?

– Нет, один. Я же ее ждал!

– А когда не дождались, пошли к Королевой?

– Нет! – Егор с силой помотал головой. – Нет! Хотел пойти, да рассердился очень.

– Что ж так?

Егор вскинул взгляд: в лице и глазах все еще стояла обида, хотя девушки уже не было в живых. Впрочем, всего три дня…

– Нехорошо говорить о покойнице дурно, но ведь она играла со мной, как с котенком… Да! То приманит меня, то оттолкнет.

Красивая она была, это верно. Нравилось ей, когда по ней кто-то страдает.

– Хотите сказать, у нее были и другие?..

– Не знаю. Может, и были.

– Кто же?

– Да не знаю я!

Тихонов опять распалился, но следователю уже надоело его успокаивать. Не обращая внимания на его раздражение, он спросил:

– Итак, куда же вы пошли, не дождавшись Королевой?

– Домой и пошел.

– Хозяйка подтвердит?

– Не знаю, у меня вход отдельный.

С хозяйкой, где Тихонов снимал комнату, разговор уже был.

Она и вправду точно не помнила: вроде возвращался жилец вечером, но когда, и не уходил ли потом – этого, сказать не смогла.

– Скажите, господин Тихонов, – следователь протянул руку и указал на щеку собеседника, – откуда у вас эти царапины? По виду им дня три-четыре.

Ему показалось, что парень испугался, губы задрожали.

– Да вот, на катке упал. Как раз в тот вечер…

– Упали? Не очень похоже на след падения.