40 лет: пенсия на горизонте или замуж во Францию

И снова ни слова упрека! Моя мама – умная сильная женщина, которая не боялась ничего. Она, я думаю очень сильно переживала, но никогда не признавалась мне в этом.

– Мы же сможем созваниваться?

– Конечно, обязательно!

Конец июня. Пьер снова в России. Тот же самый отель. В этот раз мы в отеле вдвоем.

Я работаю. Пьер проводит дни один. Я толком не знаю, чем он занимается. Гуляет. В один из дней он сидел на лавочке и считал; нет не ворон, а сколько мужчин и женщин пройдет за определенный период времени. Оказалось, что на одного мужчину приходиться пять женщин.

Вот такая вот статистика. Вечером Пьер встречает меня с цветами возле работы. Помните кадры из фильмов, когда все прильнули к окнам, чтобы увидеть что-то интересное. Это было именно так. Очередная серия разворачивалась перед глазами коллег.

Пьер привез официальное приглашение для оформления визы. Решили везти все документы в консульство сами. В турагентство больше идти не хочется. Плавали – знаем. До консульства семь часов езды на машине.

Прошу двоюродного брата. Едем.

Чуть дальше чем от Нормандии до Парижа. Машина, конечно, попроще, про дороги я вообще молчу. Наши пятые точки уже сроднились с ухабами и выбоинами, у Пьера нет.

– Как по таким дорогам можно ездить?! – не понимает он.

– С непереводимыми русскими комментариями, – смеется брат.

Ухабы и комментарии позади. Мы в консульстве. Слава Богу, все документы в порядке. Получаем расписку, паспорт доставят почтой. Едем обратно. К непереводимым русским комментариям добавляются французские!

Выходной.

Мы с Пьером и сыном в торговом центре. Выбираем платье на свадьбу.

Простое, но нарядное. Пьер удивляется, что в воскресенье все работает: «У нас в воскресенье все магазины закрыты».

Я ненадолго убегаю в туалет, оставляя моих дорогих мужчин одних отдохнуть на скамеечке. Уж не знаю, как они там общались, но возвращаясь, вижу следующую картину: продавщицы из ближайших бутиков окружили их и «пытают» моего сына:

– А он что, правда, француз? А он тут один, ничей?

– Нет, он мамин! – смеется мой шестнадцатилетний ребенок, подмигивая мне.

Да, девочки, он мой! И я его никому не отдам!

Десять дней пролетают как один. Снова аэропорт и надежда на новую встречу в августе. Это должна быть не просто встреча, мы должны сыграть свадьбу. Это единственный выход, чтобы быть вместе. Просто так в гости не наездишься. Да и мы с Пьером согласны в одном – гостевой брак не для нас! Либо ты живешь с человеком, либо нет.