Последний танец Саломеи

Ольге хотелось закричать, что она и так это знает и уже два месяца живет в этом ожидании благодаря им, этим правдивым врачам, которые ничего не умеют и не могут, кроме этих слов: «готовьтесь к худшему».

– Все нормально, папа, – выжимая улыбку, сказала Оля, – гемоглобин поднимается. Скоро заберу тебя домой.

– Вот и славно. Хочу тебя познакомить, Оленька, с моим коллегой по несчастью. Это архимандрит Павел.

В углу на кровати сидел седовласый маленький старичок и кротко улыбался.

– Он из области, из Пятиизбянки.

Там монастырь восстанавливают, который коммунисты разгромили. Удивительный человек. Если б не болезнь моя, ушел бы к нему в монастырь. Ты ему пожертвуй денежки, а то я тут без денег совсем, дома верну тебе.

– Да, конечно, – пробормотала Ольга, подавая отцу свой кошелек. Она поздоровалась и стала вынимать из тумбочки отца грязные вещи и ненужную посуду.

Отец пожертвовал архимандриту все, что нашел в бумажнике дочери. Он знал, денег у нее хватает.

– Оленька, как бы мне хотелось, чтобы ты с ним побеседовала.

Представляешь, он, когда в монахи решил уйти, чуть здоровьем не поплатился. Его отец, председатель колхоза, решил ему хребет сломать, чтобы ходить не мог, лишь бы сын в монастырь не ушел. Так он убежал!

– Папа, давай не сейчас. У меня репетиция. Потом. Давай завтра. Я заберу машину. Главное, ты держись. Вкусненькое купить?

– Нет. Спасибо.

Одышка усилилась. Видно было, что генерал устал и еле говорит. Ольга поцеловала его и быстро вышла.

На репетицию она опоздала.

Но ей многое прощалось. Поговаривали, что худрук неровно к ней дышал. В театральной среде все очень сложно. Актеры и их роли живут своими жизнями, иногда путая реальное и выдуманное. Словом, жизнь актера была тяжелой, многоэтажной, часто притворной до тошноты и правдивой до слез.

Дни летели, а Семену становилось все хуже. Появилась бессонница, раздражительность и какая-то липкая слабость. Он нашел в телефоне номер брата и позвонил.

– Привет, Олег! Не отвлекаю? Ты не мог бы меня сегодня осмотреть.

Погано себя чувствую. Хорошо. Еду.

Черный красавец «Хаммер» с двумя телохранителями полетел в клинику к Олегу. Брат Семена был хирургом. Клиника была частной, ее подарил Олегу Семен. Она приносила небольшой доход. Олегу хватало. Но только на жизнь.

– Что, хандришь?

– Да. Ощущение, что я умираю. Медленно. Если б не работа, то думаю, я сошел бы с ума…

– Тебе нужно отвлечься. Слетай куда-нибудь… Девочки, пляжи… Ты же раньше себе не отказывал.