Не делай добра

Да и они не являются гарантией того, что у детей нет секретов от матери или отца! Подростки частенько лгут и изворачиваются – к примеру, предвидя слишком бурную реакцию со стороны предков или же просто не желая их расстраивать.

– Большинство родителей проводят с детьми недостаточно времени, – произнесла она вслух. – Есть вещи, которые происходят помимо нашей воли. Нам кажется, что мы полностью контролируем свою судьбу, но это не так!

– Если бы Юля пришла ко мне, я не стала бы на нее кричать, не стала бы ругать, – качая головой, сказала телеведущая.

 – Я бы нашла ей самого лучшего врача, и уже через неделю дочка не вспомнила бы о том, что случилось! А мою девочку разрезал какой-то мясник, и она истекла кровью. Господи, как она, должно быть, мучилась!

Вопреки ожиданиям, Иродова не заплакала, но Алла видела, что женщина с трудом справляется с эмоциями.

– Анна Трофимовна, Юля не мучилась. Пришел отчет патологоанатома: она умерла не от кровотечения.

– Нет?

– От удара по голове. – Алла решила не уточнять, что ударов было несколько, чтобы не усугублять горе матери.

 – В предварительном отчете была указана другая причина, но, судя по всему, смерть наступила мгновенно.

– Господи, так это же убийство! – воскликнула Иродова. – Преднамеренное убийство!

– Вы правы.

– Значит, им мало было ее… зарезать, они еще и голову ей разбили?!

– Вполне вероятно, Юлю убил другой человек.

– Мне сказали, у нее при себе не оказалось ни телефона, ни денег?

– Верно.

– Ее ограбили, выходит?

– Или она, по какой-то причине, не взяла вещи с собой.

– Да вы что, Юля со своим смартфоном не расставалась! Мы даже ругались из-за этого, потому что она постоянно отправляла и пересылала друзьям какие-то фотки, тексты бесконечные…

– В любом случае пока рано говорить. Опера, занимавшиеся делом Юли, сделали поквартирный обход подъезда, но, судя по их записям, никто ничего не видел и не слышал.

– Ну да, как обычно! – фыркнула Анна. Алле показалось, что она даже как-то воспрянула духом, узнав о том, что ее дочь была убита.

По крайней мере, это имело хоть какой-то смысл – возможно, ограбление. Надо будет снова пробежаться по квартирам, хотя, разумеется, спустя время выбить из людей правду о том дне будет сложнее!

– Анна Трофимовна, – сказала Алла, – я прошу вас дать мне контакты учителей-мужчин вашей дочери.

– Вы все-таки считаете…

– Как вы правильно заметили, это – дело об убийстве, а значит, все под подозрением.