Ложь под звездным соусом

 – А теперь топай домой и принимайся за дело, мне тут двоечники ни к чему!

Устинья отпрянула от двери еще до того, как Алексей к ней повернулся, и скользнула вдоль стены к лестнице, ведущей в большой офис. Она осталась незамеченной.

* * *

Устинья вставила ключ в замок, но он не повернулся – заело.

– Господи, только не это! – простонала она. На часах половина одиннадцатого и слесаря из ЖЭКа в такое время не дозовешься! Она так устала от беготни по городу, что мечтала лишь о горячем душе и теплой постели.

Поэтому она снова и снова пыталась всунуть ключ то под одним, то под другим углом в надежде на то, что замку, рано или поздно, надоест сопротивляться, и он сдастся на милость хозяйке.

Дверь распахнулась так неожиданно, что Устинья едва не потеряла передние зубы – хорошо, успела вовремя отскочить! На пороге стояла хозяйка, и ее лицо не предвещало ничего хорошего.

– Анна Валентиновна? – удивилась девушка. – Что случилось?

Действительно, что она тут делает? Две недели назад она получила ренту, а за коммуналку Устинья заплатила в понедельник.

– Что случилось? – переспросила хозяйка. – Думаешь, я стану терпеть в собственной квартире убийцу?

– Откуда вы знаете про убийство?!

– Я, как и все русские люди, телевизор смотрю. Да и соседи, слава богу, сообщили, что полиция приходила, а потом еще люди какие-то по подъезду шастали, расспрашивали о том, есть ли у тебя алиби… Господи – в моем доме! И как я только гнильцы в тебе не разглядела? Вроде незаметная такая, скромница, понимаешь! Правильно говорят: «В тихом омуте черти водятся!» Я замки поменяла, так что, дорогуша, забудь сюда дорогу!

– Но куда же пойду на ночь глядя? Кроме того, я же оплатила проживание и…

– Это, милая моя, моральный ущерб – за то, что ты так долго морочила мне голову! Если вздумаешь жаловаться, я скажу, что впервые тебя вижу – соседи подтвердят, ведь им тоже неприятности с полицией не нужны.

Но мне почему-то кажется, – добавила она, растягивая губы в неприятной, резиновой улыбке, которая обнажила желтые, прокуренные зубы, – что тебе они тоже ни к чему, я права? Ах да, вот твои шмотки, забирай – слава богу, их всего-то ничего!

Чемодан грузно плюхнулся у ног.

Девушка вылетела из парадной, как ужаленная. Лицо ее пылало, несмотря на прохладную погоду.