Последняя надежда обреченных

К ней подскочила юркая дамочка со всклокоченными волосами и огромным фотоаппаратом, болтающимся на впалой груди. Она сказала Олесе, что у нее есть все шансы стать моделью, и как раз сейчас проходит набор девушек в недавно открывшееся модельное агентство. Олеся вовсе не собиралась становиться моделью, но ее подруги решили попробоваться, и она за компанию с ними тоже согласилась посетить агентство. Из всех подруг только Олеся прошла кастинг, и, хотя у нее не оказалось даже портфолио, обязательного атрибута любой профессиональной модели, ей предложили работу.

У Олеси было, как говорил фотограф, «лицо, которое любит камера»: фотографии девушки вскоре появились в глянцевых журналах. Она рекламировала помаду, кремы и духи. Ее лицо украшало рекламные стенды по всему городу.

Тимур Гаджиев редко появлялся в «Лауре», предоставив работать своим менеджерам, но однажды он пришел туда, увидел Олесю в процессе работы и с тех пор стал являться ежедневно. Все его попытки познакомиться поближе с новой моделью не увенчались успехом: хозяин агентства неизменно получал вежливый, но решительный отказ.

– Представляете, – говорила Катя, – однажды я сама отнесла ему обалденное ожерелье из белого золота с жемчугом! Я не знаю никого, кто вернул бы такой подарок, но Олеська – другое дело. Ее не интересовало, сколько это стоит, она была равнодушна к шмоткам и драгоценностям.

– Значит, – сказал Фисуненко, – все старания господина Гаджиева пропали даром?

– Да нет, – усмехнулась Катя, – отчего же? Полгода он Олеськи добивался, и, наконец, она сдалась.

– Спасибо вам большое, – поблагодарил капитан девушку. – Последний вопрос: как я могу связаться с сестрой Олеси, вы не знаете случайно?

– У меня есть только Олеськин адрес, – ответила Катя. – Наверное, Таня там и живет.

Девушка вытащила из сумочки смартфон и продиктовала адрес. Фисуненко поднялся и распахнул перед Катей дверь кабинета, пропуская ее вперед.

– Кстати, – сказал он, и модель замерла на пороге, – если Гаджиев завоевал-таки Олесю, почему же она бросила работу в агентстве?

– Ну, это вовсе не было неожиданностью, – покачала головой Катя. – Тимуру не нравилось, что на нее пялятся, – обычная ревность, ничего более. Хотел иметь Олеську только для себя.

– Как же он отпустил свою любовницу за границу?

– Любовницу? – едва заметные брови Кати поползли вверх.