Врач от бога

 – Чему обязан?

Вот это да! Кажется, Багдасарян и в самом деле решил сделать вид, что мы ни о чем не договаривались?

– Послушайте, Армен, – сказала я, не собираясь принимать правила этой странной, непонятной мне игры, – мы же условились, что я приду сегодня и вы сможете больше рассказать мне о смерти…

– Извините, Агния, – прокашлявшись, произнес Багдасарян, явно избегая смотреть мне в глаза. – Дело в том, что ситуация, как бы это сказать… изменилась.

– Что это значит?

– Я больше не занимаюсь вашей подругой.

– Не занимаетесь? – удивленно переспросила я. – А кто занимается?

– Видите ли, – подавляя вздох, ответил патологоанатом, – мне и самому это не нравится, но… В общем, у меня забрали тело.

– Что-о? Тело Лиды – забрали?! Когда?

– Вчера, почти сразу после того, как мы расстались.

– Но кто? Кто это сделал? Милиция? Прокуратура?

– Точно не знаю, – покачал головой Армен. – Но у них имелось предписание от главного, а вы ведь знаете, как трудно получить от него подпись на любом документе, за исключением разве что направления на госпитализацию – и то не наверняка!

И тут меня осенило – хоть и с некоторым опозданием.

– Это те люди, да? Которые приходили сюда прямо после нашей с вами встречи?

Багдасарян неопределенно повел плечом.

– Кто они? – настаивала я.

– Понятия не имею – они, знаете ли, не распространялись!

– А как же родители Лиды, ее муж? Разве для того, чтобы перевезти тело, не нужно разрешение семьи?

– Во-первых, нет, – ответил Армен.

 – У нас не Америка, здесь власти могут распоряжаться всем и вся, и семья может что-либо доказать или потребовать только через суд, а это, сами понимаете, при данных обстоятельствах маловероятно. Но, во-вторых, этот вопрос, кажется, тоже как-то урегулирован – во всяком случае, у этих ребят была подпись мужа вашей подруги.

Я не могла в это поверить! Происходящее сильно смахивало на западные полицейские триллеры, когда различные правоохранительные ведомства дерутся каждый за свою юрисдикцию и уводят доказательства друг у друга из-под носа.

Как ни печально, доказательством в этом деле являлась моя мертвая подруга. Только вот доказательством чего?

Судя по всему, Багдасарян чувствовал себя крайне неловко из-за того, что ничего не может мне рассказать. Более того – он явно злился, хоть и старался сдерживаться.