Вскрытие покажет

В ужасе Алевтина взглянула на столик для медикаментов.

– Ой!

Мне не понравился этот ее возглас.

– Немедленно вводите еще пять кубиков! – сказала я, едва сдерживая гнев.

Алевтина молча выполнила мое требование.

– Агния Кирилловна? – поднял брови Павел, глядя в нашу сторону, встревоженный шушуканьем.

– Все в порядке, Паша, – отозвалась я, безмятежно улыбаясь. – Никаких проблем!

Через час, выскочив из операционной, я налетела на Алевтину.

– Что вы делаете-то, а? – спросила я, рывком разворачивая женщину к себе лицом от раковины, над которой она склонилась, чтобы вымыть руки.

– Простите, Агния Кирилловна! – залепетала она, вся красная как рак. – Ради бога, извините…

– Извините ее! – не унималась я. – Скажите спасибо, что она толстокожей оказалась… Какую дозу вы вводили?

– Я виновата, – пробормотала анестезистка, опуская глаза. – Ошиблась с дозой…

– Ошиблась! Что с вами происходит в последнее время? Если вы больны, то садитесь на больничный, в конце концов, но это же не повод резать по живому!

Неожиданно Алевтина закрыла лицо руками и разрыдалась, качаясь из стороны в сторону, словно липа на ветру.

– Что случилось? – спросил он, выпучив глаза.

– Ничего, Паша, – ответила я, беря Алевтину под руку и подталкивая в сторону выхода. – Небольшой срыв – бывает.

Отделение анестезиологии и реанимации располагается сразу над операционными. Поднявшись на один этаж, мы дошли до ординаторской, где в этот момент никого не оказалось, и я налила анестезистке воды из стоящего у стены кулера.

– Вот, – сказала я, протягивая ей стакан. – Пейте и рассказывайте!

Зубы Алевтины стучали по краю стакана, и она не сразу смогла сделать глоток. У нее ушло несколько минут на то, чтобы выпить половину жидкости, и все это время я терпеливо ждала. Злость моя постепенно испарилась. Возможно, у Алевтины случилось что-то серьезное, иначе она вряд ли допустила бы ошибку при операции.

– Мой Кости-и-ик! – давясь водой, проговорила анестезистка. – Кости-и-ик… по… поги-и-иб!

– Что-о?! Но он же… Он же в армии был?!

– Вот именно, чтоб бы-ыл! – завывала Алевтина. – Во вторник получила извещение из военкомата, а на следующий день они гроб доставили-и-и…

– Но как же это произошло?!

– Сказали – несчастный случай во время учений…

Алевтина больше не могла говорить, и мне пришлось сесть рядом и обнять ее, как беспомощного ребенка.