Начало «Немыслимого»

Тем более что он совершенно не собирался выполнять обещание президента Рузвельта разделить Японию на четыре зоны оккупации, подобно Германии, а также передать Советскому Союзу Хоккайдо и северную часть острова Хонсю.

Скальп японского императора должен принадлежать только американской армии и никому иному, иначе могут возникнуть неприятные вопросы, кто победил дальневосточного тигра. В войне на востоке Трумэн собирался просить русских Иванов придержать свинью, пока янки будут резать ей горло, лишь в самом крайнем случае.

Вторым, более приемлемым и достойным, средством по принуждению к капитуляции японцев являлся секретный проект под кодовым названием «Манхэттен». Суть его заключалась в создании совершенно невиданного ранее нового вида оружия. Оно было способно уничтожить огромное количество людей и произвести ужасающие разрушения посредством взрыва одной небольшой бомбы.

Это обещание ученых мужей для большинства американских политиков, исповедующих здоровый прагматизм, звучало откровенно фантастично и неубедительно.

Почти все они сочли слова об атомном проекте явной авантюрой, за исключением президента Рузвельта. Главный американский миротворец и друг всех детей мира в начале сорок третьего года согласился выделить деньги на создание этого смертоносного оружия.

Со всего мира в Америку были собраны лучшие умы, способные разбираться в сути ядерных процессов. В самых современных лабораториях того времени, под завесой полной секретности они принялись создавать технологию обогащения урана и превращения его в оружейный плутоний.

Не покладая рук, они проработали почти два года и уже стояли на пороге величайшего открытия, потратив на это дело из государственного бюджета Америки почти два миллиарда долларов.

Прижимистый Трумэн схватился за сердце, когда увидел, в какую чудовищную сумму обошлось чудачество его предшественника. Подобно Гитлеру, он захотел закрыть столь дорогой проект, не давший стране быстрой отдачи, но курирующий проект генерал Гровс сумел убедить президента не делать этого.

Аргументы военного человека, так плотно сроднившегося с тайным проектом, тронули разум Трумэна, и он согласился подождать результатов исследования до начала августа сорок пятого года. Именно к этому сроку засевшие в Лос-Аламосе ученые должны были доказать, что они не зря пользовались финансовыми благами великой Америки.