Средняя общекриминальная школа

А меня-то никто не знает – я ж приехала полгода назад, мало с кем в городе знакома. Нужно свежее лицо.

Нужно свежее лицо? Мое не очень удалось от природы и вообще помятое…

– Ну, подумаешь, заменим одного шута на другого, никто и не заметит, – попыталась ободрить Марина Павловна и подергала меня за рукав. Видимо, ей расхотелось действовать силой.

– Господи… – вздохнула я. – Поезжайте, конечно, в больницу. Кто ему хоть в глаз зарядил?

– Басов, кто еще.

– Вот урод.

– Не говори. Так проведешь за меня урок? Спасибо! Я тебе потом обязательно помогу! – воскликнула она, еще раз шарахнула меня спиной об стену и резво умчалась к сыну.

Уж лучше бы мне в глаз дали…

Опять я влезаю в обман на массовом мероприятии. Что поделать, все, кто меня видят, так и хотят втянуть в заговор. Интересно, когда иллюминаты подтянутся и тоже втянут.

* * *

Гостей явилось достаточно много, и я почему-то порадовалась, что их не надо кормить. Галина Михайловна, чей класс должен был сыграть роль третьего «Б», провожала пришедших в кабинет.

Я сбагрила Ленке свою группу девятого класса, который мы с ней делили, и пошла строить из себя опытного учителя не своей специальности. На время перемены Ленка явилась помочь мне по возможности, но в итоге пользы от нее не было. И вот почему.

Как выяснилось, методист явилась одной из первых. Я к начальству относилась равнодушно, в отличие от Ленки. Она-то бесновалась при виде любого руководителя, а все потому, что на третьем курсе института хотела устроиться на подработку, так как семье резко понадобились деньги, но ее никуда не принимали.

Это было похоже на масштабный сговор. Я одалживала Ленке деньги, но и мои ресурсы были не бесконечны. В конечном итоге она устроилась в гипермаркет расставлять товары в ночную смену. Там было все равно, какой опыт у человека, как он выглядит и кто его покровители, которые протолкнут через кадровый отдел и собеседования с начальством, и она смогла выйти из трудной финансовой ситуации. Из этой истории мы сделали два вывода: все решают связи, а кадровики – пехота Апокалипсиса.

Вот и сейчас, завидев полную светловолосую женщину в поблескивающих очках, Ленка опознала в ней методиста и стала похожа на злого дикобраза. Попытки убедить ее, что методисты – люди подневольные и что им частенько приходится тяжелее, чем нам, успеха не имели.

Третий класс несмело вошел в кабинет. Почему-то хорошие дети всегда робкие.