Башня ветров

Одинокая зубная щетка, одноразовый бритвенный станок, зубная паста, баллончик с пеной для бритья, стопка белоснежных пушистых полотенец.

Оставался таинственный переход. Дверь оказалась закрытой. Иван повернул фиксатор защелки и, не обращая внимания на протестующий жест Глеба, толкнул ее.

Глава 11

От тошнотворного запаха закружилась голова, к глазам подступили слезы.

– Что за… – пробормотал Иван, стараясь не дышать.

Рыбак успел разглядеть яркую зелень, огромные грозди кроваво-красных плодов, напоминающих гигантские виноградины, и в следующий момент рука Глеба втянула его обратно в комнату.

Ватные ноги сами собой дотащили Рыбака до кровати, и он с размаху плюхнулся рядом с Асей, судорожно зажимающей ладонью нос и рот.

Откуда-то сзади потянуло холодом – Глеб открыл входную дверь. Спасительный свежий воздух вернул Рыбаку способность мыслить логически, хотя первая идея была из разряда полубредовых: а что, если Новиков никуда не ходил, а умер здесь, в переходе? Но чуйка тут же возмутилась: запах явно исходил не от трупа.

Скорее, гниющая рыба или что-то в этом роде.

– Чем это у вас так пахнет? – спросил Рыбак у Ермолаева.

– Так «спрут» же, – пояснил тот, как нечто само собой разумеющееся.

– Умер он там, что ли?

– Если бы! Живет и процветает. Вообще «спрут» – это такой сорт помидоров. Многолетний гибрид, при благоприятных условиях способен вырасти до пяти метров. Невероятно высокоурожайный. «Спрут» – очередная игрушка Мати. Она где-то вычитала про помидорное дерево и загорелась мечтой обзавестись подобной красотой.

Идея посадить томаты в переходах изначально выглядела довольно привлекательной – получалось что-то вроде зимнего сада. Да и помидоры сами по себе оказались очень вкусными. Предыдущие Матины любимцы, «заржавевшее сердце Эверетта», на мой вкус, были немного кисловаты, а эти сладкие, прямо сахарные. Опять же, с одного дерева можно снять до полутора тонн ягод. Да, да, я не оговорился. Помидор – это именно ягода. Будете разговаривать с Матей, имейте это, пожалуйста, в виду.

Иван покивал, мол, всенепременно поимеем.

– У нас в каждом переходе по десять деревьев, на круг получается больше пятидесяти тонн. Хватало и нам, и «Райскому саду», даже оставалось немного для бартера с дядей Каримом на чебуреки тети Ляйсан. Все бы ничего, да только Мате хотелось повысить эффективность производства, причем с минимальными затратами и желательно без применения химии.