Собака из Терамо

– Увидим, если выскочит, – Васёк показал в сторону Иванова подъезда. – Подход к нашему схрону просматривается хорошо.

Столик для посиделок мужики двора устроили так, чтобы от дома его загораживали пышные кусты сирени. Бдительные жёны, как ни пытались, ничего не видели из окон своих квартир. В лучшем случае, местные горгоны могли уловить отдельные звуки и по ним догадываться о картине происходящего. Но и над этим мужики работали. Местный мужской клуб уже почти придумал звукоизоляцию главного штаба. Было предложено два десятка решений, и уже шли последние согласования.

– Ты лучше на этикетку посмотри. Это и есть проблема. Водка произведена в Европе и стоит в переводе на рубль не меньше полутора тысяч. Я узнавал. Но это ещё не всё.

Долговязый Васька выложил прямо на влажные доски стола половинку ржаного хлеба и три банки чёрной икры. На этикетках – опять иностранные буквы.

– Экспортная? – догадался Иван

– Норвежская, вроде, – кивнул Василий, – но только не спрашивай, сколько стоит.

– Ты что, ограбил иностранный ресторан? – улыбнулся Иван.

 – Ты ведь с утра деньги на хлеб стрелял.

– Вот я его и купил. – Васёк ткнул пальцем с въевшимся в кожу мазутом, на половинку ржаной буханки. – Остальное принёс Дружок…

– Твоя собака ограбила иностранный ресторан?

– Возможно. Это я и пытаюсь выяснить, откуда он мне таскает еду и выпивку.

– Таскает?

– Ну да.

– Давно?

– С некоторых пор. Периодически.

– Это и есть проблема?

– Погоди. Дело в том, что это не тот Дружок, который у меня сейчас живет.

А его дед.

– В смысле? – напрягся Иван.

– Ну, сейчас, у меня живет Дружок Третий, начал пояснять Буратиночка, тряхнув шатеновыми кудряшками. – У него когда-то был отец.

– У собаки? – уточник Иван

– Ну да. Дружок второй. И он тоже жил у меня

– У меня было подозрение, что твой Дружок – сучий сын, – заметил Иван.

– Не то слово, – кивнул Васёк. – И даже сучий внук. Так вот говорю про его деда. Дружок Первый, дед сегодняшнего Дружка Третьего тоже когда-то жил у меня.

Не перебивай меня, Ваня, мне надо закончить мысль! Так вот он, то есть, Дружок Первый, который жил у меня двадцать лет назад и однажды пропал из дома, сейчас приходит ко мне и приносит эти продукты.

– Так, погоди, погоди, – Иван присел на скамейку, на предусмотрительно подстеленную Васькой газетку, и уставился на бутылку водки с золотистой этикеткой. – А сколько бы ему сейчас было лет?-

– Лет тридцать пять, – ответил Васька. – Он и тогда был не молод.