Наследница крови. Возвращение

Ну совсем нет сил что-то там представлять и вгонять себя в состояние внутреннего покоя. Приоткрыла правый глаз – посмотреть, чем же занят сам великий гуру магии.

– Сосредоточься!

Ладно, фиг с тобой. Что там у нас по плану? Погружение в себя в поисках великой истины… тьфу ты… магии. Ага, море, солнце и песок… жара, жуть какая, ну вот как при такой визуализации можно абстрагироваться от внешнего мира? «Во загнула» – хихикнуло у меня в голове. Ага, я могу, когда хочу. А хочу… В памяти почему-то всплыла реденькая рощица, находившаяся в том, другом мире недалеко от конного клуба.

Я верхом на моей любимой Снежинке. Тепло и солнечно. Мы едем среди тонких берёз… стоп! Мы?! То есть как это «мы»? Нет, мы со Снежинкой – понятно, но ведь ещё кто-то рядом. Я пытаюсь посмотреть на спутника, восседающего на высоком вороном жеребце, но солнечные лучи бьют в глаза, мешая рассмотреть лицо. Ощущение счастья и полной безопасности заполняло всё больше. Тепло лучей ласкало кожу, летний ветерок шелестел листвой и играл прядями моих волос, стрекотали кузнечики, а в зелёных кронах деревьев заливались птицы.

«Я люблю тебя! Люблю так, как никогда никого ещё не любил! Что бы ни произошло, что бы ни случилось, помни всегда об этом. Я тебя люблю!» Его губы касаются моих, тёплая рука нежно и властно ложится на талию. Тёплая волна поднимается изнутри, заполняя собой всё вокруг, солнечные лучи золотистыми ленточками режут воздух, отражаясь от листвы, поблёскивают ультрамарином.

«Ва-а-а-ау!»

«Что, Эллочка-людоедка опять отдыхает?»

Я обернулась на знакомый голос и… постаралась вернуть челюсть на место.

Передо мной завис… эм-м… светлячок? Точнее, гигантский светляк.

«"Светлячок" звучит лучше».

Хлоп-хлоп, похлопала в ответ ресницами.

«Аккуратнее, а то меня ветром снесёт»

Вот почему мне это хихиканье кажется знакомым?

«Ну вот, здрасте пожалуйста, столько лет вместе!»

О, сколько трагизма в голосе (блин, ну где я его слышала?), и Станиславский бы поверил… но не я.

«Эй, ты же это, которое моё «второе я»! Ехидина моя любимая!» Обрадовалась как лучшему другу (хотя почему «как»?).

«Здесь так красиво!»

Я протянула руку к переливающейся перламутром ленте солнечного луча. К моему несказанному удивлению, ладонь ощутила нежное прикосновение. Заворожённо приподняла «ленту» на пальцах. По телу прошла мелкая дрожь, светящийся луч ластился к рукам, слушался каждого движения пальцев.