Гувернантка в набедренной повязке

– Все, Галя, хватит переливать из пустого в порожнее, я хочу все забыть и тебе советую ко мне присоединиться, – строго сказала Карина и хмуро посмотрела на подругу. – Ты меня хорошо поняла?

– А что здесь непонятного? – пожала та плечами. – Дурак не рад, что ума нет. Да где ж его взять, если таким родился? – фыркнула она.

– Не дурей тебя, – улыбнулась Карина. – Хватит на меня дуться, я знаю, что делаю, поверь. Не хочу я потом себя корить за то, что поддалась гневу. Пусть это останется на его совести. Зато я не буду чувствовать себя виноватой.

– Да в чем виноватой-то? – закричала Галя, теряя терпение. – В том, что не заявила на него следователю и оставила на свободе? У меня уже слов не хватает, чтобы объяснить тебе все. Так и хочется тебя обложить трехэтажным!

– Галь, хватит кричать. У меня от твоего визга в ушах звон стоит. Ты пойми меня правильно, – сморщилась Карина. – Если бы сегодня не этот обман с няней, я, может быть, и приняла бы твои доводы, согласна, но… ты же понимаешь, что сейчас я уже не могу этого сделать.

Мне мой характер не позволит. И давай мы с тобой забудем все это как страшный сон, который приснился однажды ночью. Я не хочу больше слышать ни о моих травмированных ребрах, ни о новой машине и, тем более, ни об этом Романе Александровиче Юдине ни слова. Ты меня поняла?

– Ага, – кивнула Галя головой. – Мне все с тобой ясно.

– Что тебе ясно? – устало вздохнула Карина, приготовившись к новому витку всплеска эмоций подруги, чтобы выслушать, до чего она, Карина, глупая и непрактичная.

– Ты в него влюбилась, – вместо этого припечатала Галя и бросила на девушку вполне серьезный взгляд.

– Что я сделала? – опешила та.

– Влюбилась, – совершенно спокойно повторила Галина.

– У тебя как с головой?

– В порядке.

– Не похоже.

– Думай, что хочешь, только я права.

– Ты сумасшедшая!

– С кем поведешься.

Девушки посмотрели друг на друга и вдруг… одновременно расхохотались.

– Галка, а ведь ты права, я, кажется, пропала, даже несмотря на то, что он… ну, ты меня понимаешь, – сквозь смех откровенно призналась Карина.

– Любовь зла, – поддержала подругу та.

– Полюбишь и козла, – вновь засмеялась Карина. – Совсем недавно мы на эту тему говорили с Германом.

– Кстати, о Германе, – проговорила Галя, тут же став серьезной. – Надеюсь, ты не всерьез принимаешь свою, так сказать, симпатию к этому Роману? Герман – человек проверенный, а этот… думаю, ты понимаешь, что я имею в виду.