Летучее недоразумение

– Все равно, они не имеют права держать нас здесь так долго. У меня работа, между прочим, стоит, я имею перед людьми определенные обязательства и не могу их выполнить, – не сбавила оборотов Женя. – И у тебя отпуск давным-давно закончился. Ты, кстати, от клиентки аванс уже получила, а договор теперь нарушила. Понимаешь, чем это попахивает? Вижу, что понимаешь. Правильно, моя милая: неустоечкой.

– Хватит уже, Женя, соль на раны сыпать, – нахмурилась Надя. – Делать, что ли, больше нечего? Что ты можешь предложить? У тебя что, есть альтернатива? Мы в чужой стране, без денег, без нормальной одежды, не считая вот этого барахла, которое нам здесь выдали.

Хорошо хоть паспорта в спасательных жилетах нашлись, а то вообще застряли бы здесь навечно. Без документов мы никто, и звать нас никак. Нам ничего больше не остается, как только сидеть и ждать, надеюсь, что уже недолго. Ты думаешь, что мне здесь сладко и рис кажется повидлом? Придется терпеть и ждать, третьего не дано, – пожав плечами, снова повторила она.

– Хуже нет, чем ждать да догонять, – проворчала Женя. – Особенно при моем темпераменте.

– Я полностью с тобой согласна, сестренка, но выше головы не прыгнешь, – тяжело вздохнула Надя и снова взяла в руки книгу.

* * *

Прошло еще два дня, и девушкам разрешили выйти в сад прогуляться. Это обстоятельство очень приободрило сестер.

– Ну, наконец-то закончился этот карантин, – всплеснула руками Евгения. – А то я уж думала, что умрем в этой палате от недостатка кислорода.

– Очень-то не радуйся, – усмехнулась Надя.

 – Здесь хоть кондиционер работает, а на улице – жара больше сорока. Не забывай, что мы находимся не на даче где-нибудь в родном Подмосковье, а в субтропическом климате.

– Да? – растерялась Женя. – А я как-то даже и не подумала об этом. Но все равно, воздух есть воздух, ему не сравниться ни с какими кондиционерами, – не сдалась девушка и потащила сестру к дверям.

Они вышли в сад и залюбовались экзотической картиной, представшей их взорам. По всему саду совершенно спокойно летали попугаи и орали на своем птичьем языке.

По тропинкам, которые растекались в разных направлениях, по-хозяйски разгуливали небольшие обезьянки и совершенно не обращали внимания на людей. Лишь иногда, когда в поле их зрения попадал представитель гомо сапиенс с чем-то вкусным в руках, они тут же подбирались поближе и принимались попрошайничать.

– Ой, хорошенькие какие! – всплеснула Женя руками. – Смотри, смотри, Надюш, вон сидят две.