Развод и вещи пополам

Так и будешь мне все время напоминать об этом? Кто же думал, что Владислав… такой? Даже его мать ни о чем не догадывалась, что уж тогда говорить обо мне? В конце концов, не все же наше мужское население… как это правильно выразиться?

– Голубое, – хихикнула Лера.

– Не хами матери, я и обидеться могу, – нахмурилась Ирина Михайловна. – Я хотела сказать, не совсем… мужское. Очень много и достойных молодых людей, с перспективой и с нормальными мозгами. Ну… и всем тем, что положено иметь настоящему мужчине, – многозначительно вращая глазами, прозрачно намекнула она на мужское достоинство любого представителя сильного пола.

Валерия прыснула, глядя, как ее мать старается обойти острые углы в разговоре.

– Мама, извини за то, что я лишний раз напомнила тебе о том случае, но очень тебя прошу: прекрати меня сватать за кого ни попадя. Договорились? Я тебя, конечно, очень люблю, но… Я уже достаточно взрослая женщина и вполне могу позаботиться о себе сама. Я не хочу пока выходить замуж, а если вдруг захочу, то ты, моя дорогая, моя любимая мамочка, естественно, узнаешь об этом первой.

– Мне кажется, что я уже никогда об этом не узнаю, – вздохнула женщина. – А я внуков хочу! Можешь ты меня понять? У меня сердце больное, я могу в любую минуту… а ты… Нет, где тебе понять, ты же совершенно бесчувственная особа! Фи… фе… феминистка, вот ты кто, – с раздражением выпалила Ирина Михайловна, с трудом выговорив трудное слово.

– Мама-а, – простонала Валерия.

 – Тебе прекрасно известно, что я никакая не феминистка, а обычная женщина. И прекрати немедленно меня шантажировать своей несуществующей сердечной болезнью. Позволь мне самой распоряжаться собственной жизнью на мое усмотрение. Не хочу я замуж, не хо-чу, – по слогам выговорила она. – «Замуж – не напасть, как бы замужем не пропасть», – процитировала она поговорку. – Если я когда-нибудь выйду замуж, то это будет по-настоящему, а не потому, что пришло время рожать для тебя внуков, – резче, чем ей хотелось бы, высказалась Лера.

– Я удивляюсь твоему отношению к замужеству, – всплеснула руками Ирина Михайловна. – Конечно, у каждого человека имеется своя точка зрения на брак, но твоя точка, по-моему, слишком… жирная, – обиженно поджав губы, проговорила она. – Я не заслужила, чтобы моя единственная дочь разговаривала со мной в подобном тоне, – всхлипнула женщина.

– Ладно, не дуйся и прости меня, мам.