Без четверти полночь

Трое нас тутова. Мне сто пятый год вот пошёл, Фоме с пятьдесят шестой – сто сорок, Фёдору из двадцать седьмой всего ничего – тридцать два года исполнилось, малец совсем, ещё борода не выросла. Ты это, ведьма… Делай побыстрее, что хотела, пока другие тебя не почуяли. Малец пусть не знает. Так, в неведении, с надеждой – оно и лучше помирать. Сама скоро поймёшь, в твоих-то часах батарейка тоже на исходе.

И толстый короткий палец показал на моё запястье под манжетами перчаток с обрезанными пальцами.

– Я не ведьма, – оторвала я взгляд от экрана.

 – Могу только распознавать и чувствовать магию.

Домовой лишь усмехнулся, но промолчал.

Я же напряглась, уловив шум снаружи. Погасила свет и, поднявшись со ступеней, переместилась ко входу в подвал. Открыла дверь, скользнула внутрь, стараясь дышать через раз из-за вони и затхлости воздуха. Встав слева от проёма, замерла.

– Пашка, это глупо и опасно! Если нас сторож поймает? Или кто из строителей? – голос был молодой, ещё мальчишеский, только начинавший ломаться.

 – Если что и оставалось в квартирах, всё давно вынесли.

– Не вынесли, – упрямо возразил другой, более низкий. – Мать пусть и пропила почти всё, этот чемодан хранила. Это семейная память… Хоть мамке и плевать было: ей водка семьёй стала, а не я. В детдом вещи нельзя было принести – раздербанили бы, а теперь я всё, что в этой квартире осталось, в новую заберу. Нам на прошлой неделе уже ключи отдали.

– Везёт! Мне ещё полтора года в детском доме париться.

Кто знает, будут ли квартиры потом давать.

Голоса приблизились, шаги раздались уже в подъезде. Двое быстро преодолели несколько пролетов.

– Двадцать седьмая? Открывай давай шустрее, – тихо переругиваясь, парни, судя по звукам, наконец вошли в нужную квартиру.

Я ждала. Вот захлопнулась дверь. Топот вниз по ступеням – но только одного человека. Другой же медлил наверху, навсегда расставаясь со знакомыми с детства стенами.

– Прощай, мамка!

Он постоял у входа в квартиру с минуту и поспешил догнать друга.

Не подозревая, что вместе с чемоданом забрал кое-что ещё: на левом плече хозяина уютно примостился сгусток серого тумана, незаметный для обычного человека.

Когда голоса мальчишек стихли, из темноты донёсся вздох облегчения:

– Ну вот и хорошо! Будет Феде новый дом!

* * *

Горячая вода поглотила меня с головой. Пузырь воздуха сорвался с губ и быстро всплыл к поверхности. Чёрные змеи коротких волос скользили над лицом.