Стражи незримых границ

Щёки покрылись красными пятнами, искривлённые в гримасе ярости губы, наоборот, побелели.

Не знаю почему, но мне вдруг показалось, что эта ярость вызвана страхом – сильным, почти бесконтрольным страхом. Я буквально чувствовала волны эмоций, идущих от Тима, воспринимала их, это пугало ещё сильнее.

– Э, парень! Руки убрал!

Я обернулась на голос. Да, в нашей группе мальчиков больше, чем девочек, и не все студенты юридического факультета хлюпики и ботаники. Тим обозрел вышедших моих однокурсников, проникся, нервно сглотнул и убрал руку.

– Девушка тебе вроде все сказала русским языком. Или проблемы с пониманием? – выступил вперёд Вадим.

Стоит отметить, что Вадик у нас фигура внушительная и заметная, в прямом смысле слова, – боксёр он, со всеми вытекающими.

Тим, зло глянул на подошедшего парня, но, судя по дрогнувшей руке на моем плече и растерянности во взгляде, правильно оценил расстановку сил. Шумно сглотнул и отпустив меня, отступил на шаг.

– Отлично, а то я думал, придётся объяснить на более доступном языке, – сказав, Вадик удовлетворённо кивнул.

 – Хиленький ты какой-то парень! Спортом заниматься нужно, а не девушек пугать. Вот прямо сейчас и начнём. С бега. Да-да, причём спринтерского. От сюда и до конца квартала. А если вовремя не уложишься – займёмся более мужскими видами спорта. Один на один, так сказать.

Вадим демонстративно ударил кулаком в свою ладонь.

Тимур ещё раз сглотнул, не отводя взгляда от рук боксёра, согласно кивнул и исчез за ближайшими кустами.

– Лада, будет ещё приставать – говори. Ок?

Приятель обнял меня за плечи и повёл обратно в кафе под одобрительные возгласы нашей компании.

Вечеринка в этот раз прошла великолепно. Первые лучи рассвета застали нас по дороге домой. Первой до дома все вместе «доставили» Маринку, затем по пути – меня. Я весело распрощалась с друзьями и, теша себя мечтами о теплом душе и мягкой кровати, поднялась на четвёртый этаж. Уставшая, но всё же в прекрасном настроении ввалилась в квартиру.

Прежде чем поняла что тут что-то не так, вошла в комнату.

Жёсткий захват сзади за шею буквально перевернул мир. Ощущение нереальности – «Этого не может быть, потому что этого не может быть…», как говорил наш знаменитый классик. Нехватка воздуха быстро меня переубедила – все происходящее вполне реально. Страх липким холодом растёкся по телу, заколол в кончиках пальцев, сковал волю и разум.